Карта сайта
Поиск по сайту

История кафедры и ее место в структурах университета | Преподаватели | Аспиранты и магистранты | Наши партнеры | Страница для студентов | Дипломные работы | Конференции | Текущая работа в грантах | Наш диплом | CD-курсы | Наши гости | Электронные версии изданий | Словарь | Наши печатные проекты
Курсовые работы | программы дисциплин
Шепелева В.Б. Программа по отечественной истории | Шепелева В.В. Материалы по отечественной истории | Волошина. Программа по отечественной истории и семинары | Кузнецова О.В. Программа по источниковедению | Кузнецова О.В. Дополнительные материалы по источниковедению | Корзун В.П. Программа по историографии | Корзун В.П. Дополнительные материалы по историографии | Бычков С.П. Программа по историографиии ХХ века | Бычков С.П. Дополнительные материалы для заочников | Кожевин В.Л. Программа по истории Сибири | Кожевин В.Л. Дополнительные материалы по истории Сибири | Шепелева В.Б. Программа по палеографии | Шепелева В.Б. Дополнительные материалы по палеографии | Мамонтова М.А. Программа по истории архивного дела | Мамонтова М.А. Программа по архивной практике | Общая и дополнительная информация по архивной практике | Бычков Программа по религиозно-философскому Возрождению | Бычков Дополнительные материалы по спецкурсу "Интеллигенция" | Бычков С.П. Программа спецкурса по эмиграции | Бычков Дополнительные материалы спецкурса по эмиграции | Бычков С.П. Проект История России в образах отечественного кинематографа | Волошина В.Ю. Спецкурс по масонству программа | Кожевин В.Л. Спецкурс Фалеристика. программа | Кожевин. В.Л. Спецкурс по офицервству | Программа по архивной практике | Программа Кузнецова- Корзун введение в историческое исследование | Практикум по спецкурсу Корзун-Кузнецовой | Рыженко В.Г. Культура региона. | Рыженко ХХ век революция и культура. Программа и метод указания | Рыженко. Человек. Город.Культура. Программа спецкурса | Шепелева. Спецкурс по Федорову. Программа | Шепелева В.Б. Синергетика. Программа | Мамонтова М.А. Современная историография антропологический аспект | Дополнительные материалы по курсу политологии | Факультет международного бизнеса | Рыженко В.Г. Дополнительные материалы по истории культуры


Рыженко В.Г. Культура региона.

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОМСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

 

 

 

 

Культура региона: история и современность

 

Программа и методические рекомендации

 

 

Издание ОмГУ Омск 2000

Культура региона: история и современность. Программа и методические рекомендации / Сост. В.Г. Рыженко. - Омск: ОмГУ, 2000

Рецензент - кандидат исторических наук, доцент кафедры отечественной истории Омского государственного педагогического университета В.Ш. Назимова;

Кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института Российской истории РАН А.Н. Шаханов (Москва)

Издание подготовлено в рамках Мегапроекта Института “Открытое общество” “Развитие образования в России”

(Проект № НВА915)

 

 

© Омский госуниверситет, 2000

© Рыженко В.Г.

 

 Уважаемые студенты!

 

 

Вам предлагается программа и методические рекомендации для организации работы по изучению специальной дисциплины “Культура региона: история и современность”, входящей в базовый учебный план подготовки историков в Омском государственном университете. Учебный план соответствует современному ГОС от 2000 г. Согласно этому дисциплины специализации по специальности “Отечественная история” вводятся для студентов 3-4 курсов. Завершающая форма контроля – экзамен или зачет (по выбору студента).

Спецкурс “Культура региона: история и современность” обеспечивает получение знаний и навыков по культуре изучаемого региона и строится в соответствии с требованиями к учебным общепрофессиональным дисциплинам, включающих в рамках федерального государственного стандарта региональный компонент университетского образования. В силу специфики каждого региона, особенно заметной в его социокультурном развитии, подобные дисциплины не могут иметь учебник или пособие единого типа. Наиболее целесообразно и эффективно их обеспечение авторскими курсами.

    • Концепция и структура одного из вариантов авторской программы к такому курсу представлена ниже, ее суть объяснена во вводной записке (с.3-12). Трудоемкость дисциплины определяется в объеме 56 ч., в том числе аудиторных 36 ч. (из них 30 ч. лекций) и самостоятельных внеаудиторных 20 ч. тем).

 

 

 

 

Внимание!

 

Спецкурс “Культура региона: история и современность” не дублирует дисциплину и курс “История Сибири”. Поэтому использование учебников по истории Сибири допускается лишь в качестве дополнительной литературы, слабо связанной с целями и задачами нашего курса. Предлагаемые материалы являются главным ориентиром в организации изучения культуры западносибирского региона и к ним нужно обращаться постоянно. Особое значение для организации работы имеют вопросы для самоконтроля (указаны после каждого раздела программы) и экзаменационные вопросы.

 

Список рекомендованной к курсу литературы составлен с учетом возможностей омских библиотек и малого тиража большинства из указанных изданий, поэтому при чтении лекций указывается, какие книги из списка могут быть взаимозаменяемы. Обязательными для подготовки к итоговому занятию и к экзамену являются книги под №: 10, 13, 20, 29, 30, 32, 40, 42, 46, 54, 64, 65, 75, 98, 104.

 

Уважаемые студенты! Перед ответом на вопросы для самоконтроля рекомендуется внимательно прочесть вводные методические пояснения и найти в словаре значения тех терминов и понятий, которые встречаются в их формулировках и называются в лекциях.

 

 

 

 

 

 

 

Введение

 

Место и роль курса в подготовке специалистов- историков.

 

 

Предлагаемый учебный курс входит в блок дисциплин специализации. Он связан с базовыми историческими циклами, а также с комплексом культурологических курсов. Однако данная авторская версия обладает спецификой. Во-первых, - это близость к новым направлениям, в частности к современной отечественной регионалистике. Во-вторых, - это опора на результаты научных исследований, ведущихся на протяжении последних 15 лет сибирскими историками культуры и культурологами, и преимущественно омскими научными коллективами, в том числе и автором курса. Третья особенность и принципиальный сквозной стержень курса - сопоставление истории и современности.

 

В результате более чем пятилетнего опыта апробации курса “по частям” сложился новый общий замысел и определилась структура, в которой основные звенья и отобранный материал подчинены идее выявления внутренних механизмов развития культуры в рамках отдельного регионального пространства (в данном случае это Западная Сибирь). При этом культура рассматривается в качестве одного из основных механизмов развития (своего рода пружина, обеспечивающая динамику функционирования разнообразных региональных процессов).

Представленный вариант учебного курса учитывает состояние современной стадии разработки общих вопросов теории и истории отечественной культуры, а также складывания отечественного регионоведения как междисциплинарных областей научного знания и комплексных дисциплин.

 

 

Характер и особенности построения курса

 

Курс ориентирован на студентов-историков как специалистов нового типа, которые должны исходить в своих действиях из различных методик анализа сложных современных проблемных ситуаций. Они должны обладать представлениями об исторических истоках и корнях современных проблем, ориентироваться в специфике формирования регионального культурного потенциала в целом и его опорных звеньев. Необходимо сформировать у будущего специалиста органическую потребность в непрерывном образовании, т. е. и в перспективе стремиться к постоянному приспособлению к меняющимся требованиям к данной специальности. При этом студент должен понимать, что опережающий характер современной образовательной модели означает его ориентацию на формирование инновационного и творческого типа концептуально мыслящей личности, необходимого будущему обществу. В подготовке такого типа специалистов важное значение имеют дисциплины гуманитарного цикла, в частности, историко-культурные и культурологические. Объединяющим моментом в построении данного курса является ориентация на развитие активных форм мышления, на использование для этого вербальных и визуальных способов восприятия информации, на конструирование в конечном итоге некоторой устойчивой “сферы смыслов”, характеризующей динамику региональных социокультурных процессов. Такая направленность соответствует разрабатываемым применительно к разным дисциплинам перспективным моделям гуманитарного знания и общенаучной тенденции к появлению междисциплинарных дискурсов. Предлагаемая авторская версия курса “Культура: история и современность” носит междисциплинарный характер. В ней соединяются историко-культурный и культурологический ракурсы рассмотрения региональной культуры с учетом общих линий конкретно-исторической динамики и тенденций формирования российской культуры, вызревания и трансформаций ее духовных идеалов, роли региона в процессе складывания национального культурного наследия. При построении курса приоритет был отдан культурологическим подходам, т. е. своего рода расшифровке динамики “смыслов” регионального мира культуры, его исторических и современных наслоений.

 

 

Цели и задачи дисциплины, ее место в учебном процессе

 

Основная цель - ознакомление будущих историков с главными этапами процесса складывания многослойного мира культуры (культурного пространства) региона (в границах Западной Сибири), с его конкретно-исторической динамикой и спецификой ее проявления на каждом из этапов. Для реализации указанной цели предлагается междисциплинарная (культурно-историческая на стыке с культурологической) версия построения курса.

 

К задачам курса относятся следующие:

- способствовать усвоению студентами определенного объема информации и представлений об органичности складывания культурного пространства региона как многослойного и многомерного, создаваемого индивидуальными и коллективными усилиями сибиряков (коренных жителей, переселенцев, временных и вынужденных мигрантов и пр.);

- вырабатывать у студентов осмысление их тесной взаимосвязи с историческими корнями существующих в регионе субкультурных пластов, их личностного участия в формировании, сохранении и трансляции региональных культурных традиций в материальной и духовной сферах;

- знакомить студентов с историко-культурологическими методиками измерения социокультурных процессов и формировать навыки их использования для изучения закономерностей и особенностей складывания инфраструктуры регионального культурного пространства;

- способствовать формированию у студентов восприятия культуры как неотъемлемого важного компонента регионального и общенационального развития, от которого зависят социально-экономические перспективы страны в XXI веке.

 

 

 

 

Основное содержание программы

 

Вводный раздел

 

Построение и задачи курса. Современные социокультурные проблемы и их региональная специфика. Проблема сохранения и приумножения отечественной культуры. Ее острота на пороге XXI века и в кризисных условиях современной России. Региональная (локальная) специфика проблемы. Ее “провинциальный” контекст. Связь “местной” культуры с политикой и экономикой, с поисками идеалов современного российского общества. Провинция как региональная, географическая единица и как особая социокультурная система. Соотношение провинциальной и региональной частей российской культуры. Культурная компонента в координатах системы: провинциальное - региональное - географическое - территориальное. Родиноведение и его сущность в контексте современных сепаратистских тенденций и глобального поворота к культуре открытого общества. Диалог культур как основа цивилизации будущего. Необходимость новой модели общения центра и периферии как диалога провинции со столицей и центрами мировой культуры. Роль историко-культурных и историко-культурологических знаний. Особое значение стержневой линии на высвечивание исторических ядер культурного пространства региона и раскрытие их дальнейших трансформаций вплоть до современного наличия (или отсутствия).

 

 

Вопросы для самоконтроля:

 

1. В чем Вы видите особую остроту современного социокультурного развития?

2. Какова специфика региональных социокультурных проблем?

3. Могут ли существовать на пороге XXI в. “местные” (региональные) культурные идеалы и каким может быть их содержание?

 

 

Раздел 1

 

Подходы и опыт анализа культуры России и регионов. Традиции русской и советской историографии (от категории “месторазвития” до “безместного” классового подхода). Способы “измерения” социокультурных явлений, их исторической динамики с учетом изменений взглядов на культуру в новой плюралистической научной парадигме. Основные теоретико-методологические понятия курса: “местная (локальная) культура”, “культура региона”, “культура края”, “культурное пространство”, “культурное наследие”, “вещи и символы культуры”. Отражение социокультурной проблематики в новейших специальных изданиях (российский научно-публицистический журнал “Регионология”). Культура Сибири в научной и научно-популярной литературе и источниках. Вклад ведущих научно-исследовательских коллективов (Новосибирск, Институт истории СО РАН, разделы по истории культуры региона в многотомном издании “История Сибири”, конец 1960-х-1970-е гг.). Изучение культуры региона в рамках социального подхода (коллектив историков культуры и культурного строительства в советской Сибири под руководством В.Л. Соскина, его участие в разработке блока по изучению культурного потенциала региона в комплексной программе “Исторический опыт изучения и освоения Сибири” (1987-1991). Успехи сибирских археологов (преимущественно томских и омских научных коллективов, в том числе под руководством В.И. Матющенко) и этнографов (“омская школа”: Н.А. Томилов и его ученики) в раскрытии предыстории складывания регионального культурного пространства и культурных традиций коренных народов Западной Сибири. Оценка современной историографической стадии. Особенности историко-культурологической модели. Востребование забытых отечественных методик “областных культурных гнезд” и конструирование оригинальных исследовательских программ по изучению западносибирского интеллектуального ландшафта, провинциальных научных и культурных сообществ как исследователей “образа своего региона” (исследовательский коллектив под руководством В.П. Корзун).

 

 

Вопросы для самоконтроля:

 

Как можно оценить современную стадию изучения культуры Западной Сибири?

    1. Существуют ли различия в подходах представителей разных гуманитарных наук к исследованию культуры Западной Сибири (региональной, “местной” культуры)?

    2. Что включается в историко-культурологическую модель анализа “местной” культуры и каков набор ее ключевых понятий?

 

 

Раздел 2

 

Предыстория складывания регионального культурного пространства. Выводы археологов о взлете и богатстве духовной сферы жизни наших предков в период освоения Сибири человеком (эпохи палеолита, бронзы и средневековья). Возможности современного человека адекватно оценить творчество древних мастеров и отношение к его сбережению в общем корпусе памятников истории и культуры сибирского региона.

Связь древности с современным культурным наследием в топонимике, в городской среде. Специфические черты культуры коренных народов Сибири, их близость и отличие от культуры русского населения. Первые из сохранившихся символических для сибиряков памятных мест, свидетельствующих об особенностях регионального культурного пространства “дорусской” Западной Сибири (их отражение в музейных коллекциях и в реконструированных музейных комплексах “под открытым небом”, например, музей-заповедник на Андреевском озере). Органичность формирования “местной” культуры на основе слияния разных культурных потоков. Многослойность культуры региона как исторический феномен. Проблема возрождения национальных культурных традиций в западносибирском регионе. Необходимость обращения к историческому опыту и учета ведущих тенденций социокультурных процессов в “дорусский” период.

 

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. В чем специфика “дорусского” периода складывания регионального культурного пространства?

    2. Как относится современный человек, особенно представители молодежи, к следам культурной деятельности древнего человека на территории Западной Сибири?

    3. Чем прирастили “местную” (региональную) культуру древние сибиряки?

    4. Правомерен ли с научной точки зрения вопрос о каком-либо одном приоритетном источнике происхождения современного западносибирского культурного наследия?

 

 

Раздел 3

 

Начало проникновения в Сибирь русских культурных традиций (XYI-XYII вв.).Ранние формы проникновения русских в Сибирь, их культурных контактов с коренным населением (XIII-XIY вв.). Основные линии движения культурных потоков. Усиление колонизационных форм в период упрочения Московской Руси. Тюмень - первый русский острожный город, его особое транзитное значение в складывании многослойного культурного пространства региона. Закладка первых сибирских городов, особенности “деревянных рубленых” городов-крепостей. Роль традиций русского деревянного крепостного и культового зодчества в определении новых координат региональной культуры. Участие казачества и служилых людей в складывании местного культурно-цивилизационного ландшафта. Появление православных духовных идеалов и ценностей (военные и храмовые святыни) в культуре региона, их соотношение с религиозными верованиями коренных народов. Особенности застройки и архитектурный облик городов Западной Сибири в XYII в. (“регулярность” и “живописность”, оформление символически значимых городских мест). Тобольск - главный военно-административный, торговый и церковный центр всей русской Сибири. Основные этапы формирования архитектурно-художественного комплекса тобольского кремля как главного символического Места сосредоточения ценностей духовной культуры русской Сибири. Общесибирские иконы, их значение. “Местные” иконописцы (протодьякон Матвей - автор “чудотворной Абалацкой иконы”, копиист Мирон Кириллов). Томск - важный ремесленно-промышленный и многонациональный культурный центр западносибирского региона. Сибиряки как особый культурный тип, интересы и культурно-бытовые потребности, их связи с культурными традициями Московской Руси. Круг чтения и ростки местной литературы. Вклад Западной Сибири в приращение общерусской культуры.

 

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. Что свидетельствует о конструировании в регионе с приходом русских нового культурного пространства?

    2. Какие традиции средневековой Руси наиболее сильно повлияли на культурно-цивилизационный ландшафт Западной Сибири? Сохранились ли следы этого в современной культуре региона?

    3. Почему Тобольск, а не Тюмень становится главным символическим Местом в культуре Сибири?

    4. Можно ли представить для XYI-XYII вв. собирательный образ “нового” сибиряка, формирующего своеобразие культурного пространства региона? Каковы его культурные интересы, идеалы, сфера применения творческих сил?

 

 

Раздел 4

 

XYIII век - особый период в расширении и приращении сибирского культурного пространства. Две основные линии его подпитки (южнорусская и северорусская). Роль Тобольска как первой региональной столицы в формировании “местных” культурных образцов и духовных традиций сибиряков. Второй этап складывания архитектурного ансамбля сибирской столицы, отражение в нем общегосударственных (московских) образцов. Символика отдельных сооружений Тобольского Кремля. Тобольск как центр первых сибирских начинаний в организации учебных заведений (духовных и светских), создании библиотек, типографии, театра, изданий общесибирского значения (летописи, журнал “Иртыш, превращающийся в Иппокрену” и др.). Выдающиеся представители региональной культуры и их судьбы. С.У. Ремезов - историк, этнограф, картограф, художник, архитектор и строитель. “Служебная чертежная книга Ремезовых” - одно из первых русских руководств по архитектуре (1702-1730). Новое в складывании общерегионального культурно-цивилизационного ландшафта к середине XYIII в. Появление городов нового типа (города-заводы, Алтай) - очагов культуры, образования, научного эксперимента (1766 г., первый тепловой двигатель - паровая машина И.И. Ползунова). Влияние градостроительно-планировочных образцов городов Урала на застройку сибирских городов-заводов. “Петербургская” линия в формировании исторического центра Барнаула. Открытие горнозаводской и медицинской школ, первой сибирской технической библиотеки в Барнауле. Усложнение городской среды сибирского “стольного града”. Основные памятники сибирского (тобольского) барокко. Его отличительные признаки - сплав черт европейского, московского и украинского барочного стилей. Распространение каменного барочного строительства в гражданских сооружениях. Омск - город-крепость, этапы и особенности формирования архитектурно-градостроительного облика, “столичные” черты этого процесса. Влияние “века просвещения” на идеалы, ценностные ориентиры, культуру быта и потребности сибиряков. Упрочение светской линии развития культуры региона. Первые пришлые строители “местной” культуры (А. Порошин, П. Сумароков). Первый в Сибири и второй в России провинциальный журнал “Иртыш, превращающийся в Иппокрену”, его создатели и участники. Открытие “азиатских” учебных заведений. Роль культурных инициатив местного чиновничества (“чичеринский” период развития сибирского прикладного искусства).

 

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. Что принципиально нового появилось в культурном пространстве Западной Сибири в XYIII в. в целом, в том числе в каждой из его половин?

    2. Укажите свидетельства приоритета государственной российской линии в динамике региональных социокультурных процессов в XYIII в.?

    3. В чем состояло особое социокультурное значение Тобольска и его исторического ядра для сибиряков? Сохранилось ли оно до настоящего времени?

    4. Можно ли утверждать, что с XYIII в. резко возрастает роль личностного фактора в развитии культуры Западной Сибири? Свидетельствуют ли об этом судьбы и дела Ф. Лещинского, С.У. Ремезова, Панкратия Сумарокова, В.Д. Корнильева?

    5. Что входит в состав современного регионального потенциала из элементов культурного пространства, сохранившихся от XYIII в.?

 

 

Раздел 5

 

Основные изменения в культуре Западной Сибири в XIX в. Изменения в культурном пространстве региона в первой половине XIX в. Общие социокультурные характеристики облика сибирского культурного пространства и складывание новой направленности социокультурных процессов. Своеобразие архитектурного и декоративного “наряда” крестьянского жилища, его связь с художественным комплексом избы северно-великорусского типа. Проникновение в сибирское деревенское зодчество новых стилей и элементов городского строительства. Основные мотивы домовой резьбы. Крестьянское искусство художественной резьбы и росписи по дереву, узорного ткачества, вышивки, плетения, вязания кружев, обработки металла (крестьяне-ювелиры). Реалии процесса втягивания коренных народов Западной Сибири в духовный мир русской культуры. “Сельские” черты образа жизни и быта жителей крупных и малых городов западносибирского региона, их влияние на формирование городской среды и соответствующего культурного пространства.

Перемещение западносибирского “столичного” центра и судьба “старой” столицы. Переориентация архитектурно-градостроительных образов и застройка сибирских городов по “образцовым проектам”. Петербургский архитектор В.И. Гесте и его роль в создании новой городской среды в крупных городах региона. Культурные стили российской империи и их проявление в культовом и гражданском зодчестве Западной Сибири. Начало местного “ученого” строительства (Томск, 1804). Деревянная домовая резьба Тюмени и Томска, ее основные виды, степень сохранности в настоящее время. Начальник Колывано-Воскресенских заводов П.К. Фролов и его роль в развитии архитектурно-строительного дела. “Двоецентрие” как отражение особенностей русской культуры и его проявление в региональном культурном пространстве Омска как главного западносибирского города-центра в XIX в. Присутствие в нем “военно-казачьей” темы. Первые городские памятники-монументы как фиксация особо значимых (символических) мест культурного пространства региона. Тобольск. Памятник “Покорителю Сибири Ермаку” (автор проекта А.П. Брюллов). Обелиск “Столетию Колывановоскресенских заводов” в Барнауле и формирование ансамбля Демидовской площади (архитектор Я.Н. Попов). Роль государственных чиновников и купечества в укреплении культурного потенциала Западной Сибири. Вклад П. Капцевича, Г. Гасфорда, Н. Казнакова. У истоков западносибирских традиций благотворительности и меценатства (Д. Тецков, И. Асташев). Появление благотворительных организаций и филантропической деятельности. Формы благотворительности (официальные, государственные и личные). Учреждение в Тобольске благотворительного общества по инициативе М. Сперанского (1819). Участие купечества в поддержке культуры и образования. Первые идеи о Сибирском университете (предположение об открытии его в Тобольске, пожертвованный Павлом Демидовым капитал). Открытие Тобольской гимназии (1810 г.), использование процентов с капитала Демидова на содержание бедных гимназистов. Ходатайство и проект П.Ф. Капцевича об открытии в Сибири университета в виде двух факультетов (юридического и медицинского) (1823). Продолжение этой линии в действиях Н.Г. Казнакова. Решение Александра II об открытии университета в Омске (1875 г.). Проект Казнакова и споры о месте расположения первого сибирского университета. Открытие в Омске Западно-Сибирского Отдела Императорского Русского Географического общества (1877 г.). Формирование первых музейных коллекций и складывание предпосылок для открытия музеев. Вклад тюменского купечества (П.И. Подаруев, Н.М. Чукмалдин) в развитие регионального музейного дела. Иван Яковлевич Словцов (1844-1907) и его деятельность. Усложнение и приращение инфраструктуры культурного пространства Западной Сибири (строительство зданий для учебных и культурно-зрелищных заведений, культовых построек). “Дамский” благотворительный комитет (Омск) и специфика его деятельности.

 

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. Как изменилась основная направленность социокультурных процессов XIX в. в России, в том числе в сибирском региональном пространстве, по сравнению с XYII и XYIII вв.?

    2. Сохраняется ли и на протяжении XIX в. своеобразие складывания многослойного культурного пространства Западной Сибири?

    3. Каковы признаки усложнения инфраструктуры городской культуры Западной Сибири в условиях нового века?

    4. Можно ли выделить для XIX в. черты “столичности” и “провинциальности” в динамике региональных культурных преобразований? Определить их носителей.

    5. Что сохранилось в современной ситуации от архитектурно-градостроительных координат регионального культурного пространства? От культурных традиций?

 

 

Раздел 6

 

Идеи регионального патриотизма - важнейшая черта культуры Западной Сибири во второй половине XIX - 1910-е гг. Выдающиеся деятели науки и культуры региона и России (Д.И. Менделеев, Г.Н. Потанин, Н.М. Ядринцев). Их вклад в ресурсный потенциал и формирование новых элементов социокультурной инфраструктуры Западной Сибири и местных (сибирских) культурных традиций. Связь последних с общероссийскими родиноведческими идеями и образовательно-культурными инициативами. Отражение этих явлений в наследии К.Д. Ушинского и К.В. Ельницкого. Д.И. Менделеев о роли образования как важнейшем факторе регионального развития. Закрепление памяти об этих личностях и их деятельности во благо Сибири в культурно-цивилизационном ландшафте региональных центров. Отношение к родиноведческим идеалам у современных сибиряков.

Общественно-научные и культурные сообщества в Западной Сибири и их роль в укреплении многослойности регионального культурного пространства, его новых опорных элементов (учебные заведения, музеи, периодическая печать). П.И. Макушин (1844-1926) - организатор сибирской книжной торговли и бескорыстный служитель делу просвещения. Особое значение создания Томского университета в духовной культуре региона, в появлении новых тенденций развития градостроительной и символической координат социокультурного пространства Западной Сибири. Правительственное распоряжение об учреждении Императорского Сибирского университета в Томске с четырьмя факультетами (историко-филологическим, физико-математическим, юридическим и медицинским) (1878 г.). В.М. Флоринский и его вклад в развитие образования в Западной Сибири. Роль архитектурного оформления ансамбля Томского университета в формировании облика города как “Сибирских Афин”.

 

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. Какое значение для современного ресурсного потенциала региона имеет наследие идеологов сибирского патриотизма?

    2. Каковы основные заслуги в развитии культуры Западной Сибири и России Д.И. Менделеева, Г.Н. Потанина, Н.М. Ядринцева, Е.В. Ельницкого, В.М. Флоринского?

    3. Можно ли отнести архитектурно-градостроительный ансамбль Томского университета к символическим местам, имевшим и сохраняющим особое значение для сибиряков?

    4. Какие общественно значимые ячейки культурного пространства региона появляются в конце XIX века? Кто их инициаторы?

    5. В чем сходство и отличие между деятельностью на поприще сибирской культуры Г.Н. Потанина и П.И. Макушина?

 

 

Раздел 7

 

Сибирская железная дорога - ускоритель развития регионального культурного пространства (конец XIX в. - 1910-е гг.). Влияние торгово-ярмарочных культурных традиций России на складывание новых черт западносибирского культурного пространства. Усиление форм взаимосвязей экономики и культуры. Вклад “пришлых” элементов в подъем и расширение ресурсного потенциала региона. Новая переселенческая волна и пополнение спектра национально-культурных традиций Западной Сибири. Негативное воздействие индустриальной культуры городов на художественные традиции народного творчества крестьянского и инородческого населения Западной Сибири.

Общественные инициативы и их результаты. Организация и проведение первой Западно-Сибирской промышленной и сельскохозяйственной выставки (1911 г.) как факт особого культурного значения для региона и полезный опыт для современных размышлений. Отражение в застройке и выставочном комплексе результатов и специфики культурного развития Западной Сибири. Складывание примечательных и символических мест городской среды, их значение для формирования специфических региональных культурных традиций. Деятельность И.Г. Хворинова в Омске. Начало творческой деятельности А.Д. Крячкова. Его особый вклад в культурное пространство Новониколаевска, Омска, Томска в 1910-е гг. Томский архитектор К. Лыгин и строительство по купеческим заказам (доходные дома, здания магазинов, их внешний облик и соразмерность с “деревянным кружевом” в городской культуре. Музейные и театральные комплексы как новые элементы городской среды (на примере Тюмени, Омска, Тобольска).

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. Как изменился культурно-цивилизационный ландшафт Западной Сибири после открытия Великого Сибирского пути? Как Вы оцениваете эти изменения с точки зрения сибиряка конца XX века?

    2. Какие новые черты культуры региона отражают усложнение ее облика как многослойного феномена?

    3. Что из вклада “пришлых” в культурный потенциал Сибири сохранилось до сих пор? Каково современное отношение к этому наследию и памяти его создателей?

    4. Сравните результаты деятельности западносибирских архитекторов А.Д. Крячкова, К.К .Лыгина, И.Г. Хворинова, Л.А. Чернышева по приращению общего культурного пространства региона.

    5. Появились ли в начале XX в. под влиянием новых социально-экономических условий явные изменения в сибирской народной культуре?

 

 

Раздел 8

 

Влияние экстремальных условий XX века на состояние культуры Западной Сибири. Первая мировая война и ее противоречивое воздействие на инфраструктуру и культурное пространство региона (сокращение числа прежних “очагов культуры” и появление новых). Ее влияние на социокультурный потенциал региона (изменение численности, состава, характера и традиций профессиональных занятий городского и сельского населения, образа жизни и культурно-бытовых интересов отдельных групп). Сохранение общественных инициатив в образовательно-культурной сфере, появление новых форм (движение “народных домов”, музейно-родиноведческие инициативы). Усиление деформирующих тенденций в культурной сфере в связи с революционными событиями 1917 г. Перемещение “сибирской столицы” в условиях революционных потрясений и гражданской войны. Омск - столица “белой Сибири. Переплетение разных идеалов и ценностных ориентаций. Подъем образовательно-культурных инициатив, создание новых факультетов и учебных заведений (историко-филологический факультет в Томском университете, Омский политехнический институт), попытка создания Института Исследования Сибири (1919 г.), новые проекты по преобразованию и приращению культурного пространства региона (П.И. Макушин, Барнаульское Общество городов-садов, Хутор-Сад в Омске, Д.И. Вернер и изменения в городской среде Омска). Нарастание и обострение проблемы взаимосвязей сибирской провинции и Центра, соотношение в их формах имперских и демократических автономистских линий. Политика советской власти по отношению к культуре региона после освобождения Сибири от колчаковцев.

 

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. В каком виде проявилось воздействие экстремальных факторов на культуру региона?

    2. Что свидетельствует о неравномерности и противоречивости этого воздействия?

    3. Какие новые черты и тенденции в направленности социокультурных процессов были порождены революционными потрясениями, включая период гражданской войны?

    4. Изменились ли формы участия отдельных сибиряков (или пришлых деятелей) в развитии и сохранении культурного пространства региона?

    5. Как отразилась первая экстремальная полоса XX в. на судьбах культуры коренных народов Западной Сибири?

    6. Имелись ли перспективы для автономного по отношению к Центру развития культуры региона в 1917 г.?

 

 

Раздел 9

 

Складывание диспропорций в развитии региона в условиях советской истории и характерные признаки культурного пространства “новой эпохи”. Переконструирование социокультурного пространства как ведущая тенденция динамики изменений в культуре России и Сибири в первые годы советской власти. Отражение революционных и классовых лозунгов в топонимических координатах культурного пространства Западной Сибири. Включение масс в культурное творчество, противоречивый характер этого процесса. Акции по переименованию улиц и площадей, их связь с ленинским планом монументальной пропаганды и их результаты для городской среды. Первые новые символы культурного пространства (монументы жертвам революционных боев и гражданской войны, их творцы). Отражение лозунгов культурной революции на территории советской Сибири.

Закладывание унифицированной безместной городской и сельской инфраструктуры советской культуры, обязательного набора общесоюзных координат культурного пространства регионов (изб-читален, домов культуры, библиотек, монументов вождям и павшим на фронтах ). Специфика протекания социокультурных процессов в 1941-1945 гг. Роль Сибири в сбережении национального культурного наследия. Знакомство сибиряков с подлинниками и выдающимися образцами русской и советской художественной культуры. Приращение регионального культурного пространства совместными усилиями эвакуированных и местных культурных сил. Эффект “отраженной волны” как часть этого процесса. Деформации социокультурной сферы и дальнейшее нивелирование социокультурного пространства в последующий период. Мифы и реалии количественных успехов советской социалистической культуры в их региональных версиях. Специфика существования и развития культуры в “закрытых городах” в контексте общемировых тенденций к диалоговым культурным связям и к “открытому обществу”. Попытки возрождения общественных инициатив (деятельность местных отделений обществ охраны памятников истории и культуры, возникновение народных музеев, комнат боевой и трудовой славы, кружков и клубов по интересам и т.д.). Миграционные потоки как характерная черта региональных процессов в XX в. и их отражение в культурном пространстве Западной Сибири. Складывание новой “карты культурного пространства” региона с доминированием официальных народно-хозяйственных и идеологических приоритетов и ценностей городской массовой культуры. Стягивание потенциала элитарной культуры и интеллектуальных ресурсов в крупные города-центры. Признаки Новосибирска как “новой” столицы: город-миллионер (1962 г.), по количеству творческих организаций и культурных учреждений на третьем месте в РСФСР после Москвы и Ленинграда. Открытие Новосибирска для иностранных туристов (июнь 1966 г.) и последствия этого шага для изменения официального образа культуры региона. Нефтехимия как главная градообразующая отрасль Западной Сибири, ее негативное воздействие на сложившуюся многослойную культуру региона. Вытеснение из сибирской культуры национальной компоненты с ее разнообразными духовными и хозяйственно-культурными традициями.

Ущерб, нанесенный природно-культурным богатствам региона, его археолого-этнографическому наследию методами широкомасштабного освоения Сибири и превращения ее в “зону территориально-промышленных комплексов оборонного значения”. Новосибирский Академгородок как феномен советской истории и уникальная частица западносибирского культурного пространства эпохи строительства коммунизма. Сложности и противоречивость культурных процессов в томских “сибирских Афинах” на этапе “развитого социализма”. Усилия по спасению архитектурных сокровищ Томска (проблемы сохранения и реставрации “деревянного кружева” городской среды). Судьба университета и наследия П.И. Макушина “Дома Науки”. Нарастание разрушительных тенденций в культурном пространстве Тобольска. Проблемы бытия Тобольского государственного историко-архитектурного музея-заповедника в 1980-е и 1990-е гг. Черты провинциальности в культуре крупных городов региона.

 

 

Вопросы для самоконтроля:

    1. Каковы причины деформаций и трансформаций в культуре региона в советский период? Как различаются деформация и трансформация по своим результатам для культуры?

    2. Обозначьте новую символику культурного пространства Западной Сибири и выделите в ней проявления идеологического фактора. Можно ли говорить о различиях и сходстве этой символики для разных частей региона?

    3. В чем проявляется влияние миграционного фактора на культуру региона?

    4. Каким образом появляется новая “столица” региона и какова роль Новосибирска в определении основных социокультурных процессов в регионе?

    5. Сохраняется ли действие личностного фактора в укреплении культуры Западной Сибири в условиях советской эпохи?

 

 

Рекомендательный библиографический список:

    1. Алисов Д.А. Социально-культурный облик “провинциальных столиц” Западной Сибири (конец XIX - начало XX вв.)// Известия Омского государственного историко-краеведческого музея. №6. Омск, 1998. С.263-272.

    2. Ащепков Е.А. Русское народное зодчество в Западной Сибири. М., 1950.

    3. Баландин С.Н. Сибирский архитектор. Новосибирск, 1991.

    4. Беляева Г.Г. Народные промыслы и ремесла русских второй половины XIX - первой трети XX вв. на территории Омской области// Известия Омского государственного историко-краеведческого музея. №2.- Омск, 1993. С. 81-89.

    5. Беляева Г.Г. Традиционная культура и формы ее художественного воплощения// Локальные культурно-исторические исследования. Теория и практика. Омск: ОмГУ. С.67-82.

    6. *Бовтун В.С. Культура региона: история, управление, проблемы развития. Учебное пособие. Барнаул, 1996.

    7. *Бударин М.Е. Учись понимать прекрасное. Опыт гуманитарного родиноведения. Учебное пособие. Омск: Изд-во ОмГПУ, 1999. 335 с.

    8. Вайнерман В. “Поручаю себя Вашей доброй памяти...” (Ф.М.Достоевский и Сибирь). Омск, 1996. 236 с.

    9. Вибе П.П., Михеев А.П, Пугачева Н.М. Омский историко-краеведческий словарь. М.: Отечество, 1994. 320 с.

    10. Водичев Е.Г. Путь на Восток: формирование и развитие научного потенциала Сибири. Новосибирск : “ЭКОР”, 1994.

    11. Высшая школа и научно-педагогические кадры Сибири (1917-1941 гг.): Сб. науч. ст. и воспоминаний. Новосибирск: “Наука”, 1980. 368 с. (особо см. воспоминания К.П. Горшенина и Н.В. Орловского).

    12. *Городская культура Сибири: история и современность. Сб. ст. Омск, 1997.

    13. Городская культура Сибири: история, памятники, люди. Сб. ст. Новосибирск, 1994.

    14. Горюшкина И.А. Театры Сибири (краткий обзор становления и развития)// Сибирь в XYI-XX веках. Экономика, общественно-политическая жизнь и культура. К 70-летию Л.М. Горюшкина. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 1997. С.251-300.

    15. 200 лет книгопечатания в Сибири. Очерки истории книжного дела. Новосибирск: Наука, 1988. 240 с. (рекомендуются статьи Т.Н. Соболевской, А.Ф. Володкович, В.Н. Волковой, Е.Н. Косых, А.Л. Посадского, Л.Ф. Кон, Е.Н. Савенко).

    16. *Девятьярова И.Г. Николай Мамонтов (Очерк жизни и творчества художника. 1898-1964). К 100-летию со дня рождения Н.А. Мамонтова. Омск, 1998. 96 с., 67 ил.

    17. Деревянная архитектура Томска. М.: Советский художник, 1987.

    18. Долнаков А.П. и др. Памятники архитектуры Барнаула. Барнаул, 1982.

    19. *Духовная культура народов Сибири. Томск, 1980.

    20. *Заварихин С.П. В древнем центре Сибири. М.: Искусство, 1987.

    21. Заварихин С.П. Ворота в Сибирь. М.: Искусство, 1981.

    22. *Заветная нить поиска. Рассказы об Омском музее изобразительных искусств, истории его создания и некоторых произведениях из его коллекций живописи, графики, скульптуры, декоративно-прикладного искусства. Омск, 1988. 128 с.

    23. История и культура Сибири. Материалы Отчетной сессии Омского филиала ОИИФФ СО РАН. Омск, 1996.

    24. *Капитан воздушных фрегатов. К 90-летию со дня рождения Л.Н. Мартынова: Сборник/ Сост.: С. Поварцов, И. Девятьярова. Омск, 1995. 135 с.

    25. Кандеева А.Г. Дух и идея (Вопросы духовности и культуры в наследии Н.М. Ядринцева) // Локальные культурно-исторические исследования. Теория и практика: Сб. науч. тр. Омск: ОмГУ, 1998. С.102-119.

    26. *Коников Б.А. Тайны древних курганов. Омск, 1990.

    27. Копылов А.Н. Культура русского населения Сибири в XYII-XYIII вв. Новосибирск: Наука, 1968.

    28. Копылов А.Н. Очерки культурной жизни Сибири XYII-XYIII вв. Новосибирск, 1974.

    29. Кочедамов В.И. Первые русские города Сибири. М.: Стройиздат, 1978.

    30. Культура народностей Севера: традиции и современность. Новосибирск, 1986.

    31. *Культура Сибири. Научно-информационный и публицистический журнал. Омск, 1995. №1.

    32. Культурно-бытовые процессы у русских Сибири. XYIII- начало XX вв.: Сб. ст. Новосибирск: Наука, 1985.

    33. Культурное наследие Сибири: Сб. ст. Барнаул, 1994.

    34. Культурное развитие советской сибирской деревни. Сб. науч. ст. Новосибирск: Наука, 1980. 385 с. (особо рекомендуются статьи А.Л. Посадского, Ю.Н. Бакаева, В.А. Зибарева, Л.К. Пастушенко).

    35. Культурный, образовательный и духовный потенциал Сибири (середина XIX-XX вв.): Сб. науч. тр. Новосибирск: Изд-во СО РАН НИЦ, 1997.

    36. Куприянов А.И. Русский город в первой половине XIX в.: общественный быт и культура горожан Западной Сибири. М., 1995.

    37. *Литературное наследство Сибири. Т.4. Николай Михайлович Ядринцев. Художественные и публицистические произведения. Воспоминания. Новосибирск, 1979. 351 с.; Т.5. Николай Михайлович Ядринцев. О литературе. Стихотворения. Письма. Воспоминания о Н.М.Ядринцеве. Новосибирск, 1980. 408 с.; Т.6. Григорий Николаевич Потанин. Воспоминания. Новосибирск, 1983. 336 с.

    38. Лукинский Ф.А. Народное образование в Сибири (1928-1941 гг.). Историко-статистическое исследование. Новосибирск: Наука, 1982. 223 с.

    39. Маляревский П.Г. Очерк истории театральной культуры Сибири. Иркутск, 1957. 283 с.

    40. Марченко Ю.Г. Очерки истории культурного развития рабочих Сибири. Новосибирск: Наука, 1977. (главы II и III).

    41. *Матющенко В.И. Древняя история Сибири: Учебное пособие. Омск: ОмГУ, 1999.

    42. *Муратов П. Художественная жизнь Сибири 1920-х гг. Л., 1974. 143 с.

    43. Народы Севера Сибири в коллекциях Омского государственного объединенного исторического и литературного музея/ Отв. ред. Н.А. Томилов. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1986. 228 с., с иллюстр.

    44. Народы Сибири и сопредельных территорий. Межведомств. сб. ст./Отв. ред. Н.А.Томилов. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1995. 320 с.

    45. Общественный быт и культура русского населения Сибири (XYIII- начало XX вв.). Сб. ст. Новосибирск : Наука, 1983.

    46. Оглы Б.И. Новосибирск : от прошлого к будущему. Новосибирск, 1991.

    47. *Оглы Б.И. Строительство городов Сибири. Л.: Стройиздат, 1980.

    48. *От Урала до Енисея (народы Западной и Средней Сибири). Кн.1./Сост. Н.А. Томилов. Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1995. 186 с.

    49. Очерки культурогенеза народов Западной Сибири. Томск: ТГУ, 1994.

    50. Памятники архитектуры Сибири/ Ред. А.Г. Богуславский. М.: Советская Россия, 1974.

    51. Памятники истории и архитектуры Сибири. Новосибирск, 1986.

    52. Памятники истории, археологии и архитектуры Сибири. Новосибирск, 1989.

    53. Памятники истории, культуры и градостроительства Сибири. Новосибирск,1991.

    54. Памятники истории и культуры Омской области: Сб. ст. Омск, 1995.

    55. Памятники истории и культуры Сибири: Сб. ст. Новосибирск: Наука, 1969.

    56. Памятники истории и культуры Сибири: Сб. ст. Новосибирск, 1978.

    57. Памятники Новосибирской области. Памятники археологии. Памятники истории. Памятники архитектуры / Сост.: Л.М. Горюшкин, Б.И. Семко. Новосибирск, 1989. 200 с. (особо рекомендуются статьи А. Брат и В.Т. Горбачева. С.5-20; 144-194 с ил.).

    58. *Петров И. В камне и бронзе. История Сибири в памятниках. Омск, 1981.

    59. Прииртышье мое. Краеведческий сб. Кн.2. Омск, 1990.

    60. Проблемы охраны и использования историко-культурного наследия Сибири: Сб. ст. Кемерово, 1996.

    61. Проблемы развития культуры народов и изучения культуры по музейным коллекциям. Омск, 1987.

    62. *Резун Д.Я., Р.С.Васильевский. Летопись сибирских городов. Новосибирск, 1989.

    63. Ларичев В.Е. Рерих и Сибирь. Новосибирск, 1992.

    64. Развитие книжной культуры Сибири XIX- начала XX вв.: Сб. Новосибирск, 1982.

    65. Родиноведение. Вып.1. С.У. Ремезов и история культуры Западной Сибири: Методич. пособие для учащихся средних школ, гимназий и лицеев Западно-Сибирского региона. Тобольск, 1992.

    66. Рощевская Л.П. Памятники и памятные места Тюменской области. Свердловск, 1980.

    67. *Русакова Л.М. Традиционное изобразительное искусство русских крестьян Сибири. Новосибирск: Наука, 1989.

    68. Русская книга в дореволюционной Сибири. Книгописная деятельность и круг чтения сибиряков. Новосибирск, 1984.

    69. Рыженко В.Г. Судьбы книг - судьба культуры// Культура Сибири.1995. №1. С.11-12.

    70. Рыженко В.Г., Назимова В.Ш. Изучение культуры в Сибири: современные признаки и перспективы// Русский вопрос: история и современность: Материалы Третьей всероссийской научной конференции (17-18 декабря 1996 г., г. Омск). Омск, 1998. С.79-85.

    71. *Рыженко В.Г., Назимова В.Ш. Музеи в культурно-цивилизационном ландшафте сибирского города в экстремальных условиях XX в.// Гуманитарное знание. Ежегодник. Серия: Преемственность. Вып.1. Омск: Изд-во ОмГПУ, 1997. С.162-175.

    72. Рыженко В.Г., Назимова В.Ш. Временные социокультурные сообщества в экстремальных условиях российской истории XX в.// Гуманитарное знание. Ежегодник. Вып.2. Серия: Преемственность. Кн.1. Исторические исследования. Омск: Изд-во ОмГПУ, 1998. С.130-153.

    73. Рыженко В.Г., Назимова В.Ш. Советская культура - особый мир или часть отечественного культурного наследия (региональные аспекты проблемы)// Региональные процессы в Сибири в контексте российской и мировой истории. Новосибирск, 1998. С.182-187.

    74. Сверкунова Н.В. Феномен сибиряка // Социологические исследования. 1996. №8. С.90-94.

    75. *Сверкунова Н.В. Об особенностях культурного развития Сибири // Регионология. 1996. №1.

    76. *Сибирская провинция и центр : культурное взаимодействие в XX в. Сб. науч. тр. Новосибирск, 1997. (Особо рекомендуется статья Л.И. Пыстиной - С.115-140).

    77. Сибирский город XYIII- начала XX веков: Межвузов. сб. Вып.1/ Отв. ред. В.П. Шахеров. Иркутск: Изд-во Иркутской высшей школы МВД, 1998 (рекомендуются статьи В.Н. Филипова, Н.П. Журина, Е.А. Смирновой).

    78. Славнин Витольд. Томск сокровенный. Томск, 1991. 328 с.

    79. *Соскин В.Л. Культурная жизнь Сибири в первые годы нэпа. Новосибирск, 1974.

    80. Соскин В.Л. Очерки истории культуры Сибири в годы гражданской войны. Новосибирск, 1968.

    81. Соскин В.Л. Революция и культура (1917-1920 гг.). Новосибирск, 1994.

    82. *Сталева Т. Сибирский просветитель Петр Макушин. Томск, 1986.

    83. Степанская Т.М. Архитектура Алтая XYIII - начала XX вв. Барнаул: Изд-во Алтайского госуниверситета, 1995.

    84. *Томилов Н.А. Проблемы этнической истории (по материалам Западной Сибири). Томск: Изд-во Томск. ун-та, 1993 (гл. 3).

    85. Томилов Н.А., Реммлер В.В. Региональные программы и традиционные культуры// Культурогенетические процессы в Западной Сибири. Томск, 1993. С.183-185.

    86. Томская область. Исторический очерк. Томск: ТГУ, 1994.

    87. Традиционные обряды и искусство русского и коренных народов Сибири: Сб. ст. Новосибирск: Наука, 1987.

    88. *Труевцева О.Н. Общественные и муниципальные музеи Сибири. Исторический опыт и современность. Барнаул, 1998.

    89. Тучин Б. Сибирские Афины. Новосибирск, 1988.

    90. Утков В.Г. Сибирские первопечатники Василий и Дмитрий Корнильевы// Книга. Исслед. и материалы. М., 1979. С.75-98.

    91. Художественная культура и интеллигенция Сибири. 1917-1945 гг.: Сб. ст. Новосибирск: Наука, 1984.

    92. *Чирков В.Ф. Дух Места как культурологическая проблема изучения и строительства// Сборник научных трудов Омского музея изобразительных искусств им. М.А. Врубеля. Омск, 1997. С.194-211.

    93. Шебалина А. В.Я.Шебалин. Годы жизни и творчества. М.: Советский композитор, 1990. (Обязательны разделы “от автора” и глава первая “1902-1923. Начало пути. Омск”. С.7-28).

    94. Шик Э. “В холодной Сибири не так уж холодно...” : Сб. литературно-критич. ст. Омск, 1983. 192 с.

    95. Школа и учительство Сибири. 20-е - начало 30-х годов. Материалы по истории культуры и интеллигенции советской Сибири. Новосибирск: Наука, 1978. 190 с.

    96. Щербаков Н.Н. Влияние ссыльных пролетарских революционеров на культурную жизнь Сибири (1907-1917). Иркутск, 1984.

    97. Этнокультурная история населения Западной Сибири. Томск, 1978.

 

 

Материалы Всероссийских и региональных научных и научно-практических конференций

 

 

1. История культуры Западной Сибири: Тез. докл. науч. конф., посвящ. 110-летию Омского ГОИЛ музея. Омск, 1988.

    1. Научная конференция памяти Николая Михайловича Ядринцева: Тез. докл. Омск, 1992.

    2. Немцы Сибири: История и культура: Материалы Всерос. науч.-прак. конф. Омск, 1993.

    3. Макушинские чтения. Материалы. Вып. 1-4. Новосибирск, Томск, Омск, 1988-1995.

    4. Памятники истории и культуры Сибири: Тез. докл. Всероссийской научно-методической конференции. Омск, 1995.

    5. Урбанизация и культурная жизнь Сибири: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Омск, 1995.

    6. Страницы истории Новосибирской области. Люди, события, культура. Первая обл. научно-практ. конф. Краеведов: В 2 ч. М., 1995.

    7. Культура и интеллигенция России в эпоху модернизаций (XYIII-XX вв.): Материалы Второй всероссийской научной конференции: В 2 т. Омск, 1995.

    8. Проблемы культуры городов России: Материалы Второго всероссийского научно-практического семинара. Омск, 1996.

    9. Первые омские искусствоведческие чтения. 8-9 декабря 1996 г. Дом художника: Сборник материалов/ Отв. ред. В.Ф. Чирков. Омск, 1997. (Включен обзор Региональной выставки “Человек в пространстве времени (Современный портрет в Сибири)” (Омск, 1996). Раздел IY. С.47-53).

    10. Проблемы культуры городов России: Материалы Третьего всероссийского научно-практического семинара. Ишим-Омск, 1997.

    11. Россия и Восток: История и культура: Материалы IY междунар. науч. конф. “Россия и Восток: проблемы взаимодействия”. Омск, 1997.

    12. Региональные процессы в Сибири в контексте российской и мировой истории: Материалы Всероссийской науч. конф. Новосибирск, 1998.

    13. Вторые омские искусствоведческие чтения 6-7 февраля 1998 г.: Сборник материалов/ Отв. ред. В.Ф. Чирков. Омск, 1998. (Включены также материалы научно-практического семинара “Опыт и возможности декоративно-прикладного искусства в контексте местной культуры” 18-19 ноября 1997 г. Раздел IY. С.90-103).

    14. Музей и общество на пороге XXI в. Материалы Всероссийской науч. конф., посвящ. 120-летию Омского государственного историко-краеведческого музея. Омск, 1998.

    15. Культура и интеллигенция России: социальная динамика, образы, потенциал местных культурных гнезд: Материалы Третьей всероссийской науч. конф.: В 2 т. Омск, 1998.

    16. Образование и культура Тюменского края в XYIII-XX вв. Материалы YII Тюменской областной научно-практической конференции, посвященной памяти П.П. Чукомина. Тобольск, 1998.

    17. Региональная история в российской и зарубежной историографии. Материалы международной научной конференции. Рязань. 1-4 июня 1999 г. Ч.I. Рязань: Изд-во Рязанского гос. пед. ун-та им. С. Есенина, 1999. 164 с.; Ч.II. Рязань: Изд-во Рязанского гос. пед. ун-та им. С. Есенина, 1999. 156 с.

 

 

Вниманию студентов!

 

Предложенный список литературы включает минимальный перечень исследовательской и научно-популярной литературы, дополняющей и углубляющей основное содержание лекционного курса, служащий ориентиром для ответов на вопросы из рубрики “для самоконтроля”. Перечень дополнительных публикаций, в том числе, новейших, дается в лекциях в соответствии с отдельными темами. Список материалов конференций носит выборочный характер. При этом учитывается наличие этих изданий в Омске и их значение для характеристики состояния изучения проблем теории, истории и реалий развития региональной культуры. Перечень материалов конференций дан с учетом хронологии их проведения.

 

 

Контрольные (экзаменационные) вопросы к курсу:

    1. Региональная специфика проблемы сохранения и приумножения отечественной культуры (связь “местной” культуры с политикой и экономикой, с поисками идеалов современного российского общества).

    2. Культурная компонента в координатах системы: провинциальное – региональное - географическое – территориальное.

    3. Роль историко-культурных и историко-культурологических знаний в подготовке специалистов-гуманитариев нового типа.

    4. Культура Сибири в научной и научно-популярной литературе и источниках (специфика подходов археологов, этнографов, историков, краеведов).

    5. Предыстория складывания регионального культурного пространства

    6. Органичность формирования “местной” культуры на основе слияния разных культурных потоков. Многослойность культуры региона как исторический феномен.

    7. Ранние формы проникновения русских в Сибирь, их культурных контактов с коренным населением (XIII-XIY вв.). Основные линии движения культурных потоков в регионе.

    8. Закладка первых сибирских городов как историко-культурный феномен, особенности “деревянных рубленых” городов-крепостей.

    9. Роль традиций русского деревянного домового, крепостного и культового зодчества в определении новых координат региональной культуры

    10. Особенности застройки и архитектурный облик городов Западной Сибири в XYII в. (“регулярность” и “живописность”, оформление символически значимых городских мест).

    11. Сибиряки как особый культурный тип, интересы и культурно-бытовые потребности, их связи с культурными традициями Московской Руси.

    12. Вклад Западной Сибири в приращение общерусской культуры.

    13. Роль Тобольска как первой региональной столицы в формировании культурных образцов и духовных традиций сибиряков.

    14. Новое в складывании общерегионального культурно-цивилизационного ландшафта к середине XYIII в.

    15. Усложнение городской среды сибирского “стольного града”. Основные памятники сибирского (тобольского) барокко. Его отличительные признаки.

    16. Влияние “века просвещения” на идеалы, ценностные ориентиры, культуру быта и потребности сибиряков. Упрочение светской линии развития культуры региона. Первые пришлые строители “местной” культуры (А. Порошин, П. Сумароков).

    17. Изменения в культурном пространстве региона в первой половине XIX в. и складывание новой направленности социокультурных процессов.

    18. Своеобразие архитектурного и декоративного “наряда” крестьянского жилища, его связь с художественным комплексом избы северно-великорусского типа. Основные мотивы домовой резьбы.

    19. Деревянная домовая резьба Тюмени, Томска и Омска : ее основные виды, степень сохранности в настоящее время.

    20. “Сельские” черты образа жизни и быта жителей крупных и малых городов западносибирского региона, их влияние на формирование городской среды и соответствующего культурного пространства.

    21. Выдающиеся представители региональной культуры и их судьбы. С.У. Ремезов - историк, этнограф, картограф, художник, архитектор и строитель.

    22. Перемещение западносибирского “столичного” центра и судьба “старой” столицы. Переориентация архитектурно-градостроительных образов и застройка сибирских городов по “образцовым проектам”.

    23. Городские памятники-монументы как фиксация особо значимых (символических) мест культурного пространства региона. Памятник “Покорителю Сибири Ермаку”, Обелиск “Столетию Колывановоскресенских заводов”.

    24. Роль государственных чиновников и купечества в укреплении культурного потенциала Западной Сибири. Вклад П. Капцевича, Г. Гасфорда, Н. Казнакова.

    25. Появление благотворительных традиций, организаций и филантропической деятельности. Формы благотворительности (официальные, государственные и личные).

    26. Участие купечества в поддержке культуры и образования. Первые идеи о Сибирском университете. Особое значение создания Томского университета в появлении новых символических координат социокультурного пространства Западной Сибири.

    27. Усложнение и приращение инфраструктуры культурного пространства Западной Сибири (строительство зданий для учебных и культурно-зрелищных заведений, культовых построек).

    28. Сибирская железная дорога - ускоритель развития регионального культурного пространства ( конец XIX в. - 1910-е гг.).

    29. Усиление форм взаимосвязей экономики и культуры. Вклад “пришлых” элементов в подъем и расширение ресурсного потенциала региона в конце XIX - начале XX в.

    30. Организация и проведение первой Западно-Сибирской промышленной и сельскохозяйственной выставки (1911 г.) как факт особого культурного значения для региона и полезный опыт для современных размышлений.

    31. Идеи регионального патриотизма - важнейшая черта культуры Западной Сибири во второй половине XIX- 1910-е гг.

    32. Выдающиеся деятели науки и культуры региона и России (Д.И. Менделеев, Г.Н. Потанин, Н.М. Ядринцев).

    33. Общественно-научные и культурные сообщества в Западной Сибири и их роль в укреплении многослойности регионального культурного пространства, его новых опорных элементов (учебные заведения, музеи, периодическая печать).

    34. Начало творческой деятельности А.Д. Крячкова. Его особый вклад в культурное пространство Новониколаевска, Омска, Томска в 1910-е гг.

    35. Влияние экстремальных условий XX века на состояние культуры Западной Сибири (первая мировая война и ее противоречивое воздействие на инфраструктуру и культурное пространство региона).

    36. Усиление деформирующих тенденций в культурной сфере в связи с

      революционными событиями 1917 г.

    37. Переконструирование социокультурного пространства как ведущая

тенденция динамики изменений в культуре России и Сибири в первые

годы советской власти.

    1. Первые новые символы культурного пространства (монументы жертвам революционных боев и гражданской войны, их творцы). Отражение лозунгов культурной революции на территории советской Сибири.

    2. Закладывание унифицированного “безместного”, обязательного набора общесоюзных координат культурного пространства регионов (изб-читален, домов культуры, библиотек, монументов вождям и павшим на фронтах ).

    3. Специфика протекания социокультурных процессов в 1941-1945 гг. Роль Сибири в сбережении национального культурного наследия.

    4. Приращение регионального культурного пространства совместными усилиями эвакуированных и местных культурных сил. Эффект “отраженной волны” как часть этого процесса.

    5. Мифы и реалии количественных успехов советской социалистической культуры в их региональных версиях.

    6. Миграционные потоки как характерная черта региональных процессов в XX в. и их отражение в культурном пространстве Западной Сибири.

    7. Складывание новой “карты культурного пространства” региона с доминированием официальных народно-хозяйственных и идеологических приоритетов и ценностей городской массовой культуры.

    8. Стягивание потенциала элитарной культуры и интеллектуальных ресурсов в крупные города-центры; попытки возрождения общественных инициатив (деятельность местных отделений обществ охраны памятников истории и культуры, возникновение народных музеев, комнат боевой и трудовой славы, кружков и клубов по интересам и т.д.).

    9. Нефтехимия как главная градообразующая отрасль Западной Сибири, ее негативное воздействие на сложившуюся многослойную культуру региона.

    10. Ущерб, нанесенный природно-культурным богатствам региона, его археолого-этнографическому наследию методами широкомасштабного освоения Сибири.

    11. Новосибирский Академгородок как феномен советской истории и уникальная частица западносибирского культурного пространства эпохи строительства коммунизма.

    12. Сложности и противоречивость культурных процессов в Томских “сибирских Афинах”, нарастание разрушительных тенденций в культурном пространстве Тобольска на этапе “развитого социализма”.

    13. Проблемы бытия Тобольского государственного историко-архитектурного музея.

    14. Черты провинциальности в культуре крупных городов региона, судьбы “сибирских святынь”.

 


 

 

 

Вспомогательный словарь ключевых понятий, терминов

и словосочетаний

 

 

Активное меньшинство - с помощью этого термина в нашем курсе выделен один из самых главных факторов развития культуры Западной Сибири (как и культуры вообще) - деятельность той группы населения региона, которая является носителем активного самодеятельного созидающего и новационного начала в самых различных областях (секторах) культурного пространства, в том числе по созданию устойчивых или временных ячеек культурно-цивилизационного ландшафта региона. Необходимо подчеркнуть, что мы этим термином обозначаем смешанную (сквозную) группу населения региона, куда включаем представителей разных возрастов, разного образовательного уровня, различных социальных групп, общественных и политических объединений, кроме экстремистских и т.д. Главным критерием принадлежности к “активному меньшинству” служит отношение к культуре, деятельность по приращению и сбережению отечественного и местного культурного наследия. Предлагаемый термин следует отличать от употребляемых в культурологии и философии терминов “элита”, “интеллигенция”, “образованное культурное меньшинство”. Во всех перечисленных случаях критерием становится высокая степень профессиональной компетенции в отдельных областях умственной и творческой (художественной) деятельности.

 

 

Ареалы (очаги) культурных пульсаций - термин, привлеченный из естественных наук, прежде всего из географии и этнографии, антропологии для подчеркивания важности пространственного вектора развития культуры Западной Сибири (как и культуры в целом). Синоним его указан в скобках и в настоящее время употребляется в работах историков, изучающих историю освоения региона, модернизационные, урбанистические, демографические процессы. Данный термин обозначает одно из ключевых понятий курса, необходимых для конструирования объемного образа и параметров развития региональной культуры, ее пространства с соответствующей инфраструктурой.

 

 

Архитектурно-градостроительный облик - термин, конструируемый для решения цели и задач нашего курса как производный и собирательный от нескольких более специальных, в том числе таких, как: архитектура, градостроительство, образ художественный, образец, вещи и символы культуры. Из древнерусских трактовок используется в переносном смысле значение слова “образ” как “рельефный узор”. В искусствоведении и в истории архитектуры ключевым является понятие “художественный образ”. Оно обозначает способ и форму освоения и воплощения действительности, в нераздельном единстве субъективных и объективных начал художественного творчества, его чувственных и смысловых аспектов. Предлагаемый нами термин близок к используемому в истории архитектуры термину “силуэт города” - абрис, контур городской застройки, зелени и природных образований, видимый издали как единая плоскость на контрастном фоне неба или природного рельефа окружающей местности. Одновременно в общем архитектурно-градостроительном облике того или иного поселения присутствуют рациональные (научно-практические и утилитарные) идеи, идеалы и ценности той или иной эпохи (как, например, планировочые, в которых образ и облик застройки сменяются от живописной интуитивной сомасштабности с природой (в народном зодчестве “долинный” или “дорожный” типы поселений с культовым зданием как символической архитектурно-композиционной доминантой) до планов регулярной застройки городов Российской империи с использованием “образцовых проектов” до генпланов советской эпохи с приоритетом народнохозяйственной функции поселения, учитывавших и некоторые глобальные урбанизационные процессы (появление концепции зонирования городских территорий и ее отражение в типовом облике крупного города XX в.). Принято считать, что облик поселения, особенно города, создается его центром, концентрируется и видоизменяется наиболее наглядно в этом центре.

 

 

Архитектурно-планировочная структура - термин, составленный нами из ряда более частных (например, регулярная планировка, архитектурное пространство, свободная застройка, “образцовые проекты”), относящихся к аппарату таких специальных дисциплин, как история архитектуры и градостроительство. Внутри этих дисциплин они обозначают определенное содержание (вид) планировки и застройки населенных пунктов, т. е. размещения на определенной территории строительных объектов (зданий и сооружений промышленных предприятий, транспорта и коммунального хозяйства, жилых и общественных зданий, озеленения, малые архитектурные формы, служащие для придания окружающей среде благоустроенного вида). Для нашего курса он выполняет междисциплинарную связующую функцию и является одним из параметров конкретно-исторической динамики культурного пространства.

 

 

Вещи культуры - термин включен в данный курс для акцента внимания студентов на особенностях динамики и трансформаций регионального культурного пространства и употребляется в комплексе с термином “символы культуры”. В нашем случае под вещами культуры понимаются различные элементы культурного пространства региона (его культурно-цивилизационного ландшафта), обладающие и созраняющие свой изначальный социокультурный смысл и роль культурной доминанты пространства в целом или его отдельных частей. Например, культовые здания, использующиеся по своему прямому назначению, прочие сооружения гражданской архитектуры, придающие своеобразие местной культуре за счет своего прямого назначения.

 

 

Деревянная домовая резьба (архитектурный резной декор) - характерная для домового деревянного народного зодчества (деревянной архитектуры) традиция символического орнаментального украшения жилища, сохранившаяся в трансформированном виде до современности. Деревянная архитектура - один из наиболее распространенных вариантов народного зодчества, она отличается простотой основных геометрических форм и вместе с тем богатством их комбинаций, выразительным использованием фактуры и текстуры дерева, резьбы и росписи. Известны две основные системы сооружений из дерева: срубная (из бревен), на ее принципе строились русские избы, храмы, хозяйственные постройки; каркасная (последняя вошла в региональное и российское строительство в массовом масштабе в XX в). Для срубной деревянной культовой архитектуры характерны простые геометрические сочетания, их смысл выражается зачастую как “восьмерик на четверике” (сугубо русский термин, обозначающий ярус здания, имеющий восьмиугольную в плане форму и часто утверждаемый на прямоугольном в плане ярусе - четверике). Основной тип русского деревянного зодчества - традиционная рубленая изба, в ее сооружении на территории Западной Сибири отмечают ведущую роль традиций Севера Европейской части Руси. Одним из основных конструктивных и символических элементов русского деревянного дома (избы) является фасад с окнами, обрамляемыми наличниками с очельем - фигурной резной доской, украшавшей верх наличника. Основные признаки западносибирской домовой резьбы, дошедшие до настоящего времени в украшении томских теремов, определились в XIX в. По технике резьбы использовались мотивы плоскорельефной резьбы (наиболее частый - имитация “колонны”, заполненная растительным орнаментом); применялась прорезная (пропильная) резьба, главным образом, для заполнения подкарнизного пространства; с конца XIX в. оконные проемы богато украшаются сквозной резьбой (ажурной и накладной).

 

 

Диалог культур (диалог в культуре) - термин, введенный В.С. Библером в современную культурологию; по его мнению, в XX в. формируется новый всеобщий разум - разум диалогический, определяемый им как разум культуры. Диалог культур - это процесс взаимодействия культурных систем (явлений), в результате которого каждая культура осознает и обретает свою индивидуальную самобытность. Взаимообогащающийся диалог “культурных миров” составляет основу их развития, он позволяет им полнее раскрыть смысловые глубины, осознать свою уникальность, самотождественность, которые обнаруживаются в зоне коммуникации и взаимоотнесения ценностей, норм, значений и т. д.

 

 

Инфраструктура культуры(культурного пространства) - термин, в последнее время ставший общеупотребительным и в гуманитарных науках, в том числе в истории культуры и в культурологии. В соответствии с установками нашего курса он входит в число ключевых. С его помощью обозначается система условий создания, сохранения, трансляции и воспроизводства культурных ценностей, развития культурной жизни и творчества (музеи, библиотеки, архивы, культурные центры, театральные, концертные, выставочные залы, мастерские, системы управления и экономического обеспечения культурной жизни). Сюда же - в инфраструктуру культуры Западной Сибири (как и любого другого региона) - входит сложное содержание междисциплинарного понятияархитектурно-планировочная структура”. Для истории культуры и ее культурологического осмысления важно учитывать, что набор инфраструктурных элементов формируется в исторической динамике и может быть примерно одинаков для основных очагов - гнезд накопления регионального культурного потенциала. Однако для каждого “гнезда” роль того или иного инфраструктурного элемента будет различаться, так как это связано со спецификой культурно-личностного фактора (личностей их создателей и деятельности формирующегося вокруг них сообщества, если это происходит).

 

 

Зодчество (архитектура) культовое, светское (гражданское) - в искусствоведении и истории культуры оба термина являются синонимами и взаимозаменяемы; в широком смысле оба означают строительное искусство - умение целесообразно возводить всевозможные постройки. Практически все научно-справочные издания, в том числе по культурологии, подчеркивают их связь с мировоззрением человека, с реализацией его практических потребностей и одновременным стремлением проектировать и строить по законам искусства и в соответствии с эстетическими принципами той или иной эпохи. Для задач нашего курса важно подчеркнуть, что оба термина обозначают реальные социокультурные процессы, отражающие специфически, художественными средствами господствующие представления своей эпохи, идеи и устремления своего общества. Архитектура наиболее наглядно представляет динамику складывания и трансформаций социокультурного пространства западносибирского региона, поскольку принадлежит к сфере материальной культуры (как часть материальных средств существования людей и как часть средств производства - промышленная архитектура, жилые и общественные здания) и к сфере духовной, художественной культуры (как важный вид пластических искусств - пространственных, зрительных, изящных; их эстетическая выразительность связана с утверждением объемной формы в пространстве и переживанием ее пространственного развития). Именно вторая сторона - принадлежность к искусствам пластическим - дает возможность обнаружить в истории культуры региона не только простой перечень архитектурных сооружений с именами их создателей. Она акцентирует внимание на наглядных изменениях в среде обыденной жизни человека: ее насыщении и/или утратах в ней материализованных и символически выражаемых духовно-эстетических идеалов, наличии или отсутствия композиционной целостности, построения окружающего человека мира по законам гармонического единства целого и частей. Архитектура (зодчество) и дизайн для XX в. позволяют выявить специфику отношения (проникновения, восприятия) местной провинциальной (региональной) культуры к столичным “образцовым проектам”.

 

 

Культ - один из широко употребляемых в гуманитарных науках терминов, имеющих исторически изменяющееся содержание; в историко-культурном и культурологическом смыслах под этим термином понимается совокупность действий, обрядов, ритуалов, связанных с верой в сверхъестественное. Как конкретно-историческое явление культ возникает в традиционной культуре, его корни уходят в язычество (магия, тотемизм, фетишизм и т.д.). Он представляет комплекс ритуалов, обрядов, поверий. Основные разновидности культа - магия (колдовство, вера в возможность влияния таинственных сил на окружающую действительность); умилостивительный культ (обращение к духу, к богу); культ святых. Различают культ природы, культ предков, культ религиозный. В нашем курсе необходимо использовать классификацию культов древних (коренных) народов Сибири, которую предлагает В.И. Матющенко (Древняя история Сибири: Учебное пособие. Омск, 1999. С.214-216).

 

 

Культурное пространство - этот термин соединяет в себе принятую в культурологии оценку важности категории пространства для понимания культуры XX в. (См.: Руднев В.П. Словарь культуры XX века. М., 1997. С.241-244) и разрабатываемую историками культуры на стыке с географией совокупность понятий, описывающих очаговое (“гнездовое”) территориальное распространение и организацию различных видов и форм культуры (материальных, духовных и их разных соединений). При этом одновременно используются отечественные и зарубежные научные подходы (теория и методика “областных культурных гнезд” Н.Пиксанова, И.Гревса, Н.Анциферова, изучение пространственно-культурной многоликости провинций Франции Ф.Броделем, современная концепция географии русской культуры и искусства - С.Сущий, А.Дружинин, Ю.Веденин). В рамках данного курса в используемую совокупность ключевых понятий входят культурный и культурно-цивилизационный ландшафты, инфраструктура культуры и культурного пространства, культурные потоки, ареалы (очаги) культурных пульсаций. Дополнительные акценты в содержание этого термина, требующиеся для целей и задач нашего курса, вносятся из понятий специальных наук (искусствоведения, архитектуры, градостроительства, в рамках последних это относится к т.н. “средовому подходу”). Отсюда мы конструируем обобщенный тезис, что реальное пространство определенного поселения формируется архитектурой и монументальным искусством. Оно должно быть обозначено зданиями, сооружениями и другими искусственными доминантами, упорядочивающими это пространство в соответствии с общепринятыми в данной культуре образцами, традициями, национальными идеалами и придающими этому пространству только ему присущий набор культурных смыслов. Для Западной Сибири одним из наиболее ярких примеров является территория Тобольска с главным структурообразующим ядром в виде ансамбля Тобольского кремля (культурное пространство первой сибирской столицы). Для конкретно-исторических характеристик культурного пространства региона важно включить и представление о пространстве, т. е. перевод физического пространства в художественные образы, воплощаемые в произведениях искусства, в планировке архитектурных ансамблей, в символике дизайна городской среды.

 

 

Культурные потоки - термин, обозначающий одно из ключевых понятий нашего курса, необходимое для характеристики образа культуры региона с точки зрения степени подвижности культурного пространства (изменяемости его внутренней инфраструктуры), динамичности социокультурных процессов. Данный термин относится к разряду неологизмов, конструируемых нами специально для фиксации особенностей формирования культурного пространства и модели культуры региона. С помощью данного термина в курсе подчеркивается, каким образом складывается многослойная культура Западной Сибири (см.: многослойность культуры ).

 

Культурный ландшафт - термин, опорный в концепции Ю.Веденина и определяемый им как целостная и территориально-локализованная совокупность природных, технических и социально-культурных явлений, сформировавшихся в результате соединенного действия природных процессов и художественно-творческой, интеллектуально-созидательной и рутинной жизнеобеспечивающей деятельности людей (Веденин Ю.А. Очерки по географии искусства. СПБ., 1997. С 9-10). Выделяется два слоя в культурном ландшафте: природный и культурный. Для целей нашего курса важен второй, в котором, согласно Веденину, отражается вся совокупность процессов и результатов человеческой деятельности, направленной на создание системы ценностей, и который является доминирующим фактором развития; в культурном слое постоянно присутствуют во взаимосвязи современная культура и культурное наследие, культура новационная и традиционная. Ядром накопления (приращения) культурного слоя является деятельность человека.

 

 

Культурно-цивилизационный ландшафт - термин, подчеркивающий ведущую роль организованной деятельности людей в преобразовании того или иного места, его пространства (в нашем случае, Западной Сибири); причем организующим фактором являются социально-политические установки, геополитические и экономические государственные интересы. Впервые это словосочетание применительно к ситуации в России употребил в своем эссе А.Быстрицкий (Новый мир. 1994, №12), сравнивая урбанизационные процессы в различных странах и в России преимущественно по их материализованным и социально-демографическим признакам. Наша позиция как историков культуры и культурологов заключается в расширительной трактовке этого термина и включении в его содержание тех компонентов духовной культуры, которые придают уникальность облику и атмосфере местного пространства. Корректировку в структуру и образ такого ландшафта вносит деятельность различных сообществ и отдельных личностей (представителей активного меньшинства, носителей инновационных идей и идеалов). Хронологически этот термин связан с эпохой модернизаций и становлением культуры индустриального урбанизированного общества, для России и ее регионов начало модернизационных процессов относится к XYIII в., а утверждение культуры нового типа охватывает XIX-XX вв.

 

 

Локальная культура - в данном случае этот термин используется для обозначения культуры, социокультурных процессов, пространственно-временных координат, описывающих специфику культуры в определенном, локализованном месте, т. е. определяющим для нас является общенаучный локальный метод. Однако при этом следует учитывать, что в культурологии существует термин “локальные типы культур”, обозначающий разнообразие географических и социальных параметров, с одной стороны, накладывающихся на культуру, а с другой - осваиваемых ею, что ведет к складыванию конкретных исторических типов культур.

 

 

Маргинальная культура - термин, пока еще не получивший широкого применения в истории культуры, прежде всего в силу его сложного и противоречивого смысла. Маргинальная личность - продукт миграций населения, тех разнообразных процессов, в результате которых человек определенной культуры вынужден осваивать иные, чуждые ему культурные ценности (См.: Хоруженко К.М. Культурология. Энциклопедический словарь. Ростов-на-Дону, 1997. С.287-288). Ближе для нас другой подход, который более точно определяет феномен маргинальности, исходя из концепции М.Бахтина, где каждый культурный акт существует как пограничное явление, а область культуры вся расположена на границах. Необходимо иметь в виду, что в нашем курсе используются другие понятия, которые связаны с миграционными процессами, но не являются негативным обозначением маргинальной личности. Это “пришлые” и “местные” носители культуры (традиций, новаций, идеалов, вкусов и т.д.). Наша позиция состоит в отношении к местной (региональной) культуре как уникальному сплаву разных потоков, в том числе и маргинальных (будем понимать под этим термином “пришлую, привходящую” культурно-творческую деятельность по созданию общего местного культурно-цивилизационного ландшафта).

 

Массовая культура - термин, которым описывается специфический субкультурный слой, оформляющийся как противоположный элитарной культуре в XIX - XX вв. В трактовке его содержания есть различия в подходах культурологов и историков культуры. Все еще встречается, хотя уже не доминирует, негативная оценка сущности массовой культуры как разновидности культуры капиталистического общества, навязывающей потребительские ценности западного образа жизни. Однако имеются более глубокие с научной точки зрения версии этого сложного социокультурного феномена, которые ближе целям и задачам нашего курса. Это, во-первых, понимание массовой культуры как явления, присущего определенной стадии развития цивилизации и соответственно имеющейся внутри культуры индустриального (техногенного) общества. Сам термин подчеркивает специфику возникновения данного субкультурного слоя - зависимость от особенностей производства культурных ценностей, изобретения каналов их массовой трансляции и тиражирования копийных образцов элитарной культуры. Примечательна точка зрения В.П. Руднева, объясняющего необходимость (объективность существования) массовой культуры принципом дополнительности и связью со структурой человеческого мозга из двух полушарий. По его мнению, массовая культура - это семиотический (знаковый. - В.Р.) образ реальности, фундаментальная (элитарная. - В.Р.) культура - образ глубоко вторичный (вторичная моделирующая система, философия вымысла). В этом смысле он считает, что массовая культура традиционна и консервативна, она заменила в XX в. фольклор. В искусствоведении встречается отождествление массовой культуры и китча (кича). Однако более целесообразно разводить не только термины, но и понятия. Наша позиция состоит в том, что в культурном пространстве региона органично присутствуют оба названных слоя, их проникновение исторически обусловлено; при осмыслении их сущности необходимо исходить из представления о многослойности культуры и условности границ внутри современной культурой между “высоким” и “низким” (элитарным и массовым), зависимости от конкретных реалий.

 

 

Местная культура - термин, близкий по значению к существующему в исторических и филологических дисциплинах, в современной культурологии термину краевая культура (культура края), под которым понимается совокупность культурных явлений, характеризующих определенную территорию, где проживают люди разных национальностей или разных поселенческих и хозяйственных типов. Однако для нас этот термин означает исторически сложившуюся совокупность материальных и духовных признаков культуры определенного Места (западносибирский регион в целом, его отдельные части, взятые как самостоятельные регионы, например, омский, тюменский и т. д.). Внутри этой культуры переплетаются космополитические и общероссийские черты и образцы, носящие унифицированный характер, и специфические, проявляющиеся только в данном регионе, поселении. Включение этого термина в данный курс подчеркивает его культурологическую направленность и его отличие от исторического краеведения. Таким образом, термин может рассматриваться как синонимичный с обозначением “культуры региона”.

 

 

Многослойность культуры - термин, в качестве специального вводится нами для обозначения реального многообразия динамичных социокультурных процессов и возникающих соответствующих результатов (его можно обозначить - “органическая - естественная - многослойность”). На протяжении XIX в. и окончательно в XX в. органическая многослойность дополняется под воздействием модернизационных процессов двумя резко обособляющимися слоями: элитарным и массовым. Закрепление этих результатов создает сложный рисунок материальных и духовных элементов объемного культурного пространства (покрытого “мозаичной тканью культуры”, по выражению А. Моля). В нашем курсе термин несет двойную нагрузку, он подчеркивает специфику культуры Западной Сибири как исторического феномена, для которого характерна помимо естественной, органической “мозаики” (существования на территории Западной Сибири разных культур коренных народов) еще и искусственно создаваемая многослойность. Имеется в виду, что процесс освоения, колонизации региона, присоединения его к русскому государству, был процессом воздействия на местную (региональную, локальную) культуру разных культурных потоков (северо-восточных русских культурно-бытовых традиций; южных украинских, духовно-художественных; центральных московских - официальных духовных идеалов и ценностей “государевых служилых людей”; позже - в XYIII в. - последняя линия привносит еще один слой официальной столичной культуры - петербургский).

Исторически сложившиеся признаки многослойности культуры региона, динамически видоизменяясь, трансформируясь, сохраняются в современной ситуации и могут быть наглядно уловлены во время социокультурных погружений. Таким образом, данный термин приобретает дополнительное значение для формирования необходимых для историка исследовательских процедур.

 

 

Модель культуры - данный термин используется в курсе как синоним общей схемы теоретического описания объемного образа региональной культуры, механизма и характера ее развития. Подчеркивается ее конкретно-историческая динамика, в которой главный вектор - это движение от традиционной культуры замкнутого (закрытого, самодостаточного) типа к культуре открытого общества, строящейся на принципах диалога и поликультурности.

 

 

Образец (образцовый, типовой проект и т.д.) - термин в искусствоведении и в истории архитектуры, обозначающий показательное, примерное произведение (сооружение, чертеж и т.д.), пример для следования, подражания. В архитектуре с развитием массового строительства (для России - с начала XYIII в.) разрабатываются “образцовые” проекты жилых и общественных зданий. В изобразительном искусстве появление образцов связано с утверждением художественных и религиозных канонов. Следует различать значение образцов и канона в истории культуры. Под каноном принято понимать совокупность твердо установленных правил, определяющих нормы, закрепляющих основные структурные соотношения и внутренние закономерности конкретных видов искусства. Канон является количественно-структурной моделью художественного произведения; его характерная черта - нормативность, выступающая как способ воплощения идеала. Канон выполняет “охранительную” роль, гарантируя единообразие принципов художественного творчества. Для истории культуры и особенно истории провинциальных ее форм остро стоит проблема уникальности и заимствований, своеобразия и самостоятельности местной культуры. В нашем курсе при ответе на вопрос о специфике культуры Западной Сибири необходимо учитывать, что считалось официально признанным образцом в отдельных сферах творчества в тот или иной исторический период и насколько его воплощение в культурном пространстве региона отличалось от оригинала (прямое копирование, частичное сходство на уровне художественных аналогий отдельных деталей, уловление похожести на уровне аллюзии или иллюзорного сходства).

 

 

Острог - первоначально ограда из стоячих заостренных сверху бревен; отгороженное таким частоколом в старину всякое поселение называлось поэтому острогом или городком. В научно-справочной литературе, в том числе связанной с историей архитектуры, утвердилось определение острога как военного постоянного или временного укрепленного пункта для защиты от неприятеля, обнесенного оградой из заостренных кверху бревен или кольев высотой от 4-х до 6-ти метров и имеющего обыкновенно четырехугольную ограду с воротами и башнями. Для Севера Руси и для Сибири вплоть до XYIII в. - это укрепленный населенный пункт. Позже (в XYIII - XIX вв.) так стали называть укрепленное острогом место заключения, отгороженное деревянной или каменной стеной. В истории культуры региона строительство острога связывается с деревянным зодчеством. Для Сибири характерны “стоячие остроги”. Их рубили “по указу” плотники-горододельцы, набиравшиеся главным образом из ближайших к Сибири северных областей Европейской России и Предуралья. Тем самым в образах пространства первых сибирских городов-острогов преобладал суровый северный идеал красоты - простые и строгие формы, величественные и монументальные силуэты башен и других построек. Наиболее сложным типом стал нагорный Тобольский острог с включенным в его стены кремлем. Отличительной чертой кремлей, которые обычно называли городами, являлось возведение их стен и башен из “городин” - бревенчатых срубов с множеством бойниц.

 

 

Провинциальная культура - производное сочетание двух сложных по смыслам понятий “культура” и “провинциальность”. Для России считается одной из важнейших характеристик специфики ее развития в прошлом и духовного возрождения потенциал провинции. Согласно словарю В. Даля, термин “провинциальный” означает нестоличное пространство жизни, культуры. Второе значение включает оценочный негативный смысл: отсталый, наивный, простоватый (Словарь русского языка/ Под ред. С. Ожигова). К этому значению добавляется политический миф о второстепенности (второсортности) всего провинциального, в том числе в культурных традициях, в культурном наследии, в существующей иерархии оценок деятельности представителей провинциальной интеллигенции, в классификации памятников истории и культуры по категориям республиканского и местного значения. В нашем случае учитываются все эти акценты, но методологический приоритет отдается географическому смыслу - удаленность от центра страны. Провинция понимается как обозначение региональной, географической единицы, отдаленной от центра, но одновременно являющейся особой социокультурной системой. Столичная и провинциальная культуры являются двумя специфическими подсистемами практически любой национальной культуры пространственно крупных стран. С этих позиций рассматривается и культура Западной Сибири. Учитываются появившиеся в середине 1990-х гг. (см., например, журнал “Регионология”, 1995. №3. ст. И.В. Чванова) трактовки провинциализма и провинциальности как сложных категорий, представляющих две грани российской ментальности. В новейших подходах философов намечены системные модели исследования провинции (см., например,: В.В. Скоробогатский. Россия на рубеже времен: новые пути и старые вехи. Екатеринбург, 1997. С.63-73).

 

 

Регион - многозначный термин, весьма распространенный в современных научных исследованиях и в публицистике. Причины его популярности связаны с нарастанием процессов “суверенизации” в постсоветском государственном устройстве, в том числе и на территории России. Данный термин имеет несколько общепринятых трактовок, зафиксированных в универсальных и отраслевых научно-справочных изданиях энциклопедического и словарного типа (см., например, Большой энциклопедический словарь. М., 1998 и др.). Общим для всех определений является ссылка на исторически обусловленный процесс формирования региона (будь то в административном смысле или в виде территориально-поселенческой единицы). Наибольшим вниманием у исследователей пользуется социально-экономическое и социально-политическое содержание понятия “регион”. В исторической литературе недавно появились работы, которые рассматривают исторический опыт организации регионального пространства в связи с проблемами истории российской государственности и механизмов обеспечения региональной политики имперской (центральной) власти по отношению к своим периферийным территориям. Такова, например, монография А.В. Ремнева “Самодержавие и Сибирь. Административная политика второй половины XIX - начала XX веков” (Омск, 1997. 253 с.). Автор указывает, что в процессе исторического развития Российской империи на ее огромном и многообразном пространстве сложились большие территориальные общности (регионы), заметно выделяющиеся своей индивидуальностью. При этом он соглашается с мнением современных ученых, выделяющих в качестве важнейшего признака региона характерные для его населения процессы региональной самоидентификации (“...население, проживающее в данном регионе, осознает себя принадлежащим к особой территориальной общности, имеющей свою хозяйственную и социокультурную специфику, регионально самоидентифицирующее себя, сохраняя свою локальную ментальность...”). В этом признаке преобладают социокультурные (социально-психологические и культурно-личностные) параметры регионального образа, что делает такой подход полезным и для данного курса. Заметим, что в постановочном разделе монографии А.В. Ремнева есть еще один принципиальный для нас акцент. Автор констатирует существенную роль города в региональных процессах, особенно, если речь идет об административном центре, который выступает в качестве регионообразующего фактора, стягивая регион не только административно (как это было преимущественно в ранние периоды), но и экономически (С.10). Примечательно и авторское объяснение этой последней функцией города внимания к выбору регионального административного центра и частых миграций этого центра, особенно на окраинах. Для Сибири, по мнению Ремнева, из-за приоритета административного (зачастую просто фискального) подхода к решению многих хозяйственных вопросов преобладала моноцентричная система расселения с тяготением к крупным административным центрам. В силу этого фактор действия центра губернии для концентрации населения здесь был более заметен, чем в губерниях Европейской части России. Подобный статус многих сибирских городов, однако, не был подкреплен, как считает Ремнев, социально-экономическим потенциалом, что отражало окраинный характер организации властного пространства, продиктованного имперскими потребностями. В приведенной позиции присутствует только часть нужного нам содержания понятия “регион”. Для обозначенных выше целей данного курса необходимо подчеркнуть, что культура и культурное пространство региона - это столь же неотъемлемые признаки территориальных общностей, как и хозяйственно-экономические связи. Следует учесть, что в своем историческом развитии культурный потенциал региона приобретает гораздо большую открытость и контактность с другими регионами и центром, чем социально-экономический потенциал. Кроме того, по нашему мнению, культурное пространство региона, равно как и культурный его потенциал, отличается большей устойчивостью в силу более тесной привязки к месту, к локальному и региональному своеобразию.

 

 

Родиноведение - термин, обозначавший в европейской и российской образовательно-научной традиции во второй половине XIX - начале XX вв. изучение (познание) Родины в особой форме - с помощью специальных исследовательских и образовательных методик, являвшихся одновременно элементом национальных духовных идеалов, способом формирования и укрепления патриотизма. В этот процесс внесли существенный вклад сибиряки Г.Н. Потанин и Н.М. Ядринцев. В нашем курсе предлагается рассматривать родиноведение как сложное социокультурное явление, спецификой которого следует считать соединение личностных и общественных инициатив, гражданских идеалов, в результате чего создавались временные и постоянные сообщества, укреплявшие культурный потенциал и инфраструктуру культурного пространства Западной Сибири с конца XIX в. и вплоть до конца 1920-х гг. Среди таких новых культурных ячеек следует отметить различные просветительские общества, Западносибирский отдел Русского географического общества, Общества по изучению местного края, по изучению Сибири, краеведческие объединения 1920-х гг. Подробнее об этом см. в рекомендованной литературе (в частности, в статьях В.Г Рыженко. и В.Ш. Назимовой, Л.И. Пыстиной, публикациях А.П. Сорокина).

 

 

Сибирское барокко - термин, употребляемый искусствоведами по отношению к ряду памятников архитектуры XYIII в.(особенно это касается православного культового зодчества), находящемуся преимущественно на территории Западной Сибири (Тобольск, Тюмень, Тара); используется и другая разновидность этого термина - тобольское барокко, реже встречается обозначение сибирское (провинциальное) барокко. Впервые обоснование выделения этого особого стиля в архитектуре, по мнению А.Н. Копылова, дал Д.А. Болдырев-Казарин (1924), рассматривавший истоки формирования сибирской струи русского народного искусства. В искусствоведении подчеркивается специфика барокко как художественного стиля - его жизнеутверждающий характер, энергичность, динамизм, пышность и зрелищность декора, тяготение к ансамблю и синтезу искусств (взаимопроникновению архитектуры, скульптуры, живописи). Расцвет праздничного оптимистичного русского барокко приходится на 1740-е-1750-е гг., однако в России барокко изначально существовало, вобрав в себя традиции и черты разных стилей (классицизма и рококо). Особой живописностью и декоративностью, обилием лепнины на фасаде отличалось украинское барокко. Для Сибири характерно слияние петербургского, московского, украинского барокко. Становление сибирского барокко как самостоятельного стиля связывают с архитектурой тобольских церквей. Высказывается гипотеза относительно своеобразного сплавления в сибирском барокко северорусского и специфически азиатского идеала красоты. Черты сибирского барокко находят в кованых решетках церковных оград и в иконостасной резьбе (плотная вязь растительных узоров).

 

Сибирские святыни - этим термином в нашем курсе обозначаются те уникальные вещи культуры и памятные места, которые и в настоящее время, сохраняя свой изначальный смысл, наделяются особым символическим и мифологизированным значением для жителей региона (например, икона Абалацкой Божьей Матери, Знамя Ермака, Знамя Сибирского казачьего войска, Тобольский кремль и особенно его Святые ворота). О чудодейственных свойствах некоторых из них появляются публикации в рубрике “Родиноведение” альманаха “Иртыш” (см., например: Брычков Павел. Чудеса Абалацкой иконы// Иртыш. 1991. С.161-177).

 

 

Символы культуры - этим термином в культурологии и истории культуры обозначают условный вещественный опознавательный знак для членов определенного общества или конкретной социальной группы; в качестве символов культуры могут выступать практически любые предметы и вещи, природные процессы, животные и растения, сказочные (мифические) существа. Большинство символов многозначно, разнообразно и иносказательно выражают определенное содержание, которое составляет существо ценностей, норм и идеалов конкретной культуры. В нашем курсе заданный стержневой ракурс “история и современность” делает этот термин вместе с термином “вещи культуры” принципиальным для обозначения динамики социокультурных наслоений, особенно многозначных в культуре XX в. в целом и в ее региональных формах.

 

 

Советская (социалистическая) культура - термин, обозначавший в советском обществоведении новый тип культуры, который был построен в СССР в результате Великой Октябрьской социалистической революции и осуществления “культурной революции”. Их изучению была посвящена обширная литература, в историографии культуры существовала “школа академика М. Кима”, в региональных исследованиях доминировало изучение истории культурного строительства в советской Сибири (ведущая роль принадлежала новосибирскому коллективу под руководством В.Л. Соскина). Основными чертами этой культуры нового типа, сформировавшейся на базе господствующей идеологии марксизма-ленинизма к концу 1930-х гг. объявлялись народность, социалистический гуманизм и коллективизм, советский патриотизм и пролетарский интернационализм, коммунистическая идейность и научное мировоззрение; основными итогами первого периода культурной революции считались создание новой личности и широкое приобщение народа к культурным ценностям. В рамках нашего курса конкретно-историческая динамика культурного строительства в регионе безусловно сохраняет свое значение реальных историко-культурных фактов и новых материальных и духовных символов, появившихся в культурном пространстве Западной Сибири (как части соответствующего унифицированного пространства региона и страны). Советская (социалистическая) культура понимается нами как часть общей отечественной и прежде всего российской культуры, складывавшейся на всем протяжении XX в., а после установления советской власти получившей официальный статус единственной высшей духовной ценности. Одновременно она оформилась как уникальный субкультурный сплав, в котором переплелись политические устремления и идеологические установки “верхов” с культуротворческой энергией народных масс. Результаты советского культурного строительства материализованы в культурно- цивилизационном ландшафте советской эпохи, сохраняются в современной культуре региона, а остаточный принцип отношения к культуре (“третий фронт”) и отраслевой подход к ее статусу в национально-государственной стратегии стали субкультурными признаками для действий региональных и российских управленцев. Таким образом, термин и понятие “советская культура” должны входить в состав ключевых. Наша позиция соответствует новейшим подходам, в которых предлагается рассматривать особенность советской культуры в виде соединения двух блоков признаков: в одном сохраняются реальные черты русской культуры (дихотомичность, гибкость, адаптивность), отсюда наличие альтернативных культур, развивающегося народного творчества; во втором - создаваемая мистифицированная новая духовность, в которой сталкиваются, подменяются, искусственно объединяются или уничтожаются прежние традиции (см., например,: Викторов А.Ш. История русской культуры. М., 1997. С.71).

 

 

Социокультурный, социокультурные (явления, процессы, проблемы и т.д. ) - термин, подчеркивающий слитность и взаимозависимость существования и развития социальной и культурной сфер жизнедеятельности человеческого сообщества. Данный термин является производным от введенного П.Сорокиным понятия “социокультура”. Для нашего курса важно отражение его широкого смысла, при котором выделяются три составные части социокультуры и соответственно, социокультурных производных: 1) бесконечно богатая идеологическая вселенная смыслов, объединенных в системе языка, науки, религии, философии, права, этики, литературы, живописи, скульптуры, архитектуры, музыки, драмы, экономических, политических и социальных теорий и т.д.; 2) материальная культура, представляющая собой воплощение всех этих смыслов в биологической среде, начиная с простых орудий и кончая наисложнейшим оборудованием, книгами, картинами и пр.; 3) все скрытые и открытые действия, церемонии, ритуалы, поступки, в которых индивиды и их группы осуществляют и принимают тот или иной набор смыслов. В таком ракурсе и с такими акцентами мы рассматриваем динамику складывания особенностей культуры Западной Сибири и основных координат регионального социокультурного пространства.

 

 

Стиль - для истории культуры этот термин имеет важное значение. Есть разные его трактовки. В искусствоведении акцент делается на его сути как устойчивого единства художественной образной системы, выразительных средств искусства (см. подробнее: Аполлон. Терминологический словарь. М., 1997. С.582-583). Для нас необходимо использовать следующие тезисы из теории стиля: 1) о наиболее отчетливом и последовательном проявлении стиля в архитектуре в те эпохи, когда сложилась система синтеза искусств; 2) в искусстве XIX-XX вв. стилистическое единство окончательно распадается и 3) с конца XIX и в XX веках понятию “стиль” придается более широкое значение (“стиль эпохи”). Последний момент особенно принципиален для исследователей, изучающих динамику и трансформации культурного пространства. Именно поэтому мы должны учитывать, что в культурологии понятие стиля связывается еще и с характерными культурными способами самовыражения представителей различных социокультурных групп, демонстрируемыми ими с целью самоидентификации (стиль жизни). Л.Ионин обращается к трактовке термина “стиль” в современных англоязычных словарях и подчеркивает трудноуловимость сущности его содержания (“Это то, что легко увидеть и опознать, но трудно ухватить и точно, по-научному, определить”...Это способ выражения мысли в языке. Особенная манера выражения, характерная для периода, школы или народа (классический стиль); это способ или метод действия или представления, особенно если он соответствует какому-то стандарту; отличительная, характерная манера; модный и роскошный образ жизни (жить стильно); вообще выразительность, мастерство, врожденное умение в представлении, образе деятельности и подаче самого себя” (Ионин Л. Основания социокультурного анализа. М., 1995. С.76-81). С понятием стиля связывают понятия традиции и канона. Для осмысления социокультурных процессов советской эпохи, характерных и для Западной Сибири, следует считаться с отнесением к канону т.н. “социалистического реализма”.

 

Субкультура, субкультурный (слой, явление и т.д.) - термин, употребляемый в культурологии и социологии для обозначения культуры групп, объединений в пределах более крупных культурных образований, а также используемый для характеристики специфического способа дифференциации развитых национальных и региональных культур, в которых наряду с основной, классической тенденцией, существует ряд своеобразных культур, образований как по форме, так и по содержанию отличающихся от ведущей культурной традиции, но в то же время являющихся прямым генетическим порождением последней. В рамках нашего курса включение этого термина вызвано необходимостью осознать многослойность социокультурных процессов в целом и как органическую характеристику региональной культуры, присущую последней на всех исторических этапах ее развития, но отличающуюся набором и соотношением слоев.

 

 

Трансформация - (трансформации культурного пространства, культурно-цивилизационного ландшафта и их инфраструктурных элементов) - в нашем курсе используется прямое значение этого термина - преобразование, превращение. Однако необходимо учитывать, что мы применяем этот термин к характеристике превращений интересующих нас структурных элементов (ячеек, культурного пространства в целом), которые происходят в XX в., особенно под влиянием экстремальных факторов. В этом случае необходимо иметь в виду, что в современной научной литературе, в частности, по социологии культуры, можно встретить иное употребление данного термина и его отнесение к процессам перехода России и стран восточной Европы к рыночной экономике и демократическим политическим институтам (“теория трансформации”). Из подходов, более близких к нашему ракурсу изучения западносибирских культурных процессов в сопоставлении истории и современности, отметим использование данного термина и его трактовку как “культурную реорганизацию” Л.Г. Иониным (см. его книгу: Ионин Л. Основания социокультурного анализа: Учебное пособие. М.: Изд-во РГГУ, 1995. Четвертая глава. С.113-144). Основной линией трансформации как культурной реорганизации для нашей страны он считает перевоплощение советской культуры (культуры моностилистической, диктующей типические и единообразные для всего общества нормы деятельности, восприятия и интерпретации мира) в культуру полистилистическую путем самораскрытия и все более широкого допуска альтернативных культурных образцов и моделей. Однако в отличие от Ионина мы не соединяем эту трансформационную характеристику с выводом о гибели прежнего типа культуры (в данном случае советского). Напротив, наша позиция утверждает, что в реальном культурном пространстве XX в. (западносибирском, в частности, советском и постсоветском) сохраняются, преобразовываясь, предыдущие субкультурные слои.

 

 

Шаманизм (шаманство) - специальный термин, перешедший из этнографических трудов в современные культурологические издания; используется для обозначения одной из ранних форм религиозного культа; происходит от эвенкийского шаман - возбужденный, исступленный человек, у некоторых тюркских народов шамана называют кам, хам - отсюда основная церемония шаманства именуется камлание (ритуал, приводящий в экстатическое состояние, сопровождается пением и ударами в бубен). Шаманство известно в традиционной культуре многих народов. Ученые рекомендуют различать шаманизм и шаманство: первое понятие употребляется для обозначения системы мировоззрения, а второе - для указания на совокупность особых действий, ритуалов, обрядов, которые раскрывают это мировоззрение. Необходимо учесть, что атрибуты шаманского ритуала у каждого шамана могли быть только своими, но вместе с тем почти у всех шаманов был особый наряд (костюм), корона, бубен с колотушкой, маска. Облачение сибирских шаманов украшалось подвесками и нашивками, выполненными в форме зооморфных, антропоморфных и фантастических образов, что символизировало соответствующих духов. Фигура шамана не исчезла и в советскую эпоху. Вплоть до конца 1930-х гг. у северных народов, в том числе и у народов Западной Сибири, сохранялись традиционные религиозные верования, хотя и трансформированные под влиянием других культурных потоков. Так, в фондах Омского историко-краеведческого музея имеются отдельные предметы шаманского культа (коллекция хантыйской культуры): например, сабля шаманская, два бубна и колотушка к бубну, описание последней весьма примечательно, так как в нем зафиксированы слова ханта, владельца колотушки в начале XX в., что зарубки на одной из сторон круга на ее конце, передающие черты человеческого лица, обозначают образ Николая-чудотворца, якобы помогавшего при камлании (см.: Народы Севера Сибири в коллекциях Омского государственного объединенного исторического и литературного музея. Томск, 1986. С.125-127).

 

 

Экология культуры - термин, неоднозначно трактуемый в современной культурологии. Для нашего курса целесообразно опираться на его содержание, приведенное в словаре “Аполлон” (подготовлен Российской Академией художеств и НИИ теории и истории изобразительных искусств, 1997). Здесь подчеркнуты греческие этимологические корни (от oikos - дом, жилище, местопребывание, родина и logos - слово, учение), что напоминает о задачах нашего курса по осмыслению процессов складывания местной (региональной) культуры. Сам термин введен Д.С. Лихачевым в специальной статье, посвященной важнейшей, по его мнению, проблеме сохранения культурной среды, необходимой человеку для духовной оседлости, для привязанности к родным местам, следования заветам предков, для его нравственной дисциплины и социальности (1980). В настоящее время экология культуры - один из разделов экологической эстетики, молодой области эстетической науки (сложилась в 1970-х-1980-х гг.), затрагивающей проблемы историко-культурного наследия и его включения в современное сознание. Для Западной Сибири, как известно, проблемы экологии в целом стоят очень остро и обусловлены длительным игнорированием в культуре управления и хозяйственного освоения региона в советскую эпоху и на современном этапе экологической сферы, тем более экологии культуры. Для будущих историков следует помнить, что экология культуры и экологическая эстетика служат выработке оправданных в экологическом, социальном, культурологическом и эстетическом отношении норм поведения, рекомендаций и предпочтений, касающихся взаимоотношений природы и человека как органической ее части. Осуществление процесса выработки действий в масштабах региона в целом или его отдельных частей возможно только при опоре на знания ведущих тенденций и специфики местных и общих социокультурных процессов, их соотношения на разных этапах развития региона.

 

 

Элитарная культура - термин и соответствующее понятие широко используются в культурологии, истории культуры, искусствоведении и прочих специальных науках и дисциплинах гуманитарного цикла в качестве сопоставления с “массовой культурой”.

 

Согласно общепринятой версии в основе выделения элитарной культуры лежит ее производство (создание тех или иных культурных ценностей) представителями (и в интересах) социальных групп, занимающих ведущее положение в духовной жизни общества, в его культурном развитии. Указанное противопоставление оценивают как наиболее отчетливый и осознаваемый признак культуры XX в. Смыслом элитарной культуры традиционно считается поиск правды, красоты, забота о духовном возвышении человека, преодолении его невежества, воспитании лучших нравственных качеств личности. В большинстве справочных изданий по культурологии современную элитарную культуру связывают с формами художественного модернизма, новаторства в искусстве, с углублением идей классического художественного наследия, отмечают, что ее восприятие требует специальной подготовки, работы ума и души. Характерным для элитарной культуры считается эстетическая свобода и коммерческая независимость творчества, мировоззренческая глубина тематики, философское проникновение в суть явлений и души человека, сложность и разнообразие форм художественного освоения мира. Использование этого термина и понятия в нашем курсе позволяет проследить на конкретно-историческом региональном материале, насколько представлен элитарный слой в социокультурных процессах, характерных для культурного пространства Западной Сибири в XIX-XX вв. Наша позиция относительно хронологии появления и существования элитарной культуры в регионе учитывает историко-культурные реалии и особую роль личности в создании культурных ценностей. Следовательно, элитарное как результат индивидуального творчества может существовать и на ранних стадиях творчества человека. Для нас важно помнить еще и о сосуществовании элитарного как форм профессиональной деятельности и самодеятельного творчества как проявления иных побуждений.

 

 

Ядро культуры (культурных процессов - накоплений, сгущений, пульсаций и т.п.) - этим термином в курсе обозначается та часть культурного пространства и культурно-цивилизационного ландшафта, где сконцентрированы и действуют силы (личности, сообщества, социальные и прочие группы), которые обеспечивают воспроизводство и трансляцию социокультурных ценностей, образцов, идеалов, традиций, новаций, коммуникативные связи между субкультурными пластами, между регионами и Центром и т.д. По мнению большинства зарубежных и российских ученых, такими ядрами динамики развития мировой культуры являются городские поселения как места накопления (сгущения и приращения) инновационной культуры. Вывод об очаговом характере освоения Сибири путем строительства “рубленых, венчатых” городов-острогов, превращающихся в дальнейшем в очаги накопления культурного потенциала региона, его культурного наследия, считается доказанным в региональной историографии. Отсюда, по нашему мнению, исходят внутренние волны культурных пульсаций, обеспечивающие движение традиций и новаций. Внутри этих очагов происходит корректировка культурных процессов политическими факторами. В общем результате меняется инфраструктура культурного пространства (в ней прирастают или утрачиваются те или иные ячейки). Необходимо различать, что в культурологии под ядром любой культуры понимают ценности, значения и символы, нормы, относящиеся к родовым свойствам, то есть являющиеся общими для всех времен, для всех обществ. В нашем случае культурологическая трактовка усиливается за счет введения координат пространственных (связь с конкретным Местом) и урбанистических (поселение, особенно город как главная поселенческая форма ядра).

 

 

 

 

Copyrigt © Кафедра современной отечественной истории и историографии Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского, Омск, 2001-2016 гг.